Истории о чужой войне

«Государственный преступник» рассказал журналистам о событиях в Киргизии

Грузия объявила его вне закона, в Узбекистане завели уголовное дело, границы нескольких других стран для него под замком. На днях, вернувшись из Киргизии, обозреватель газеты «Известия» Юрий Снегирев поделился свежими впечатлениями и провел мастер-класс по спецрепортажам для ярославских журналистов. 

– Какое отношение со стороны киргизов было к русским вообще и к вам, журналистам, в частности?

– Знаете, по отдельности они отличные ребята, все говорят по-русски. Но когда они в толпе, то громят все без разбора. Нам с коллегами тоже досталось – 40 человек шли строем и закидывали нашу машину камнями. А вообще русское посольство при погромах не было тронуто. И кинотеатр с названием «Россия» тоже – даже огромные окна остались целы. Хотя здесь наверняка другая причина: владелец – один из братьев Бакиевых. Отсюда предположение, что громили объекты избирательно.
– Какую обстановку вы застали перед отъездом из Киргизии?

– Погромов как таковых уже нет, но ситуация очень напряженная. Узбеки не сдают оружие, так как боятся – ведь вся милиция киргизская. Вообще киргизы и узбеки ненавидят друг друга уже давно – даже при нас, журналистах, не стеснялись взаимных оскорблений. Школы и больницы не работают, магазины разгромлены. Когда летели в ту сторону, то мне достался последний билет, а вот коллеги добирались в багажном отделении самолета. Сейчас в аэропорту вообще нет ни билетов, ни кассиров – обратно летели практически по устной договоренности.

– Вы побывали во многих горячих точках, в частности, за Южную Осетию получили орден Мужества. Что посоветуете журналистам, которые захотят работать в такой сфере?

– С собой нужно брать как можно больше денег и прятать их получше, ведь обыскивают и грабят на блокпостах, бывает, не только чужие, но и свои. Особенно охотно берут взятки на Востоке и Кавказе. Ну а еще, конечно, не обойтись без связи и транспорта. Стоит обзавестись бронежилетом – у прессы они обычно ярких цветов, чтобы снайперы видели, что это не военные люди. Но в Киргизии лично я жилет не надевал – там стояла невыносимая жара.

– Известно, что вас обвиняли в шпионаже, – за что и при каких обстоятельствах?

– У меня есть свой журналистский принцип: когда что-то случается, то первым делом я бегу покупать билет на самолет в эту точку, а уже потом – в редакцию за заданием. Поэтому часто я успеваю осветить какую-то ситуацию раньше всех. Так было и с Южной Осетией. После чего бывший советник Путина Андрей Илларионов в открытом письме утверждал, что я служу в ФСБ. 

– Насколько это опасно и страшно быть журналистом в горячих точках?

– С одной стороны, я уже привык к такому образу жизни, но и жутко бывало. Однажды я чудом выжил при крушении самолета. В 94-м возвращался с Курильских островов, где произошло землетрясение. Самолет начал снижаться, но что-то пошло не так, и случилась катастрофа. Спасло то, что мы были уже близко к земле, – разбив головой дверь, я вылетел из самолета на землю верхом на табуретке. Но несравнимо страшнее было в Цхинвале: пугала неизвестность, никто не знал, что происходит в городе, а передвигаться лично я мог с трудом – была ранена нога. Сверху мы с коллегами видели, как обстреливают город, и понимали – гибнут люди.

– А что лично вам дают такие поездки на грани жизни и смерти – почему вы стремитесь на войну вновь и вновь?

– Трудно сказать… Наверное, потому, что там можно найти поразительные судьбы и истории, а еще именно при таких обстоятельствах, как ни банально, люди максимально открываются. Среди репортеров, которые из раза в раз освещают события в горячих точках, не найти ни подлецов, ни дураков: первым пришлось бы всю жизнь расплачиваться, а вторые бы просто не уцелели. 

Анна КОУЗОВА

"Ярославский Регион"
Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе