Путь к историческому беспамятству

Заявление Совета православной патриотической общественности в год юбилея А.И. Солженицына.

Совет православной патриотической общественности – общественная организация, учреждённая в мае 2017 года по инициативе философа, историка, политического и общественного деятеля Виктора Аксючица и клирика Русской православной церкви протоиерея Всеволода Чаплина. Среди тех, кто поставил свою подпись под декларацией СППО, – несколько десятков российских политиков, бизнесменов, деятелей культуры и журналистов.


Как известно, нынешний год объявлен в России годом Солженицына. Однако эта объективно совершенно оправданная и естественная позиция властей, отдающих справедливую дань памяти великому русскому писателю, встречает ожесточённое противодействие в немногочисленной, но необычайно активной группе нашего общества. В последнее время развязана беспрецедентная кампания травли, клеветы и поношений Александра Исаевича в среде радикальных защитников коммунистического прошлого, претендующих ныне на роль «мейнстрима» в общественном сознании России. При этом если материалы многочисленных научных семинаров и конференций, посвящённых творчеству писателя, в которых оно подвергается спокойному, скрупулёзному и объективному анализу (что вовсе не исключает здоровой критики тех или иных его воззрений), доступны лишь узкому кругу специалистов, то поверхностные публикации ненавистников, что не удосужились хотя бы внимательно прочитать то, что они берутся критиковать, публикуются массовым тиражом. Всевозможные разоблачители Солженицына просто бравируют тем, что знакомство с творчеством объекта их клеветы и поношений в лучшем случае поверхностно, а по большей части отсутствует вовсе. Некоторые прямо заявляют: «Солженицына не читал (кроме нескольких коротких рассказов и статей) и не собираюсь, однако мнение своё выскажу».

В основе этой кампании – несколько абсолютно лживых пропагандистских клише, кочующих из одной публикации в другую. Главное «обвинение» заключается в том, что писатель якобы сознательно солгал, на несколько порядков преувеличив цифры репрессий советского времени. Между тем всем хорошо известно, что для политического режима СССР была характерна, по сути, полная информационная закрытость, особенно в таких «щекотливых» вопросах. Поэтому, не имея доступа к архивам, все, кто занимался подобными темами, были вынуждены пользоваться косвенными источниками, косвенными методиками подсчёта. Так и Солженицын в книге «Архипелаг ГУЛАГ» ссылался на эмигрантского статистика, профессора И.А. Курганова, сопровождая эти ссылки всеми естественными в таких случаях корректными оговорками: «Мы, конечно, не ручаемся за цифры профессора Курганова, но не имеем официальных. Как только напечатаются официальные, так специалисты смогут их критически сопоставить». И т.д. («Архипелаг ГУЛАГ», т. 2, ч. 1, гл. 1 «Персты Авроры»). Обвинять того, кто в силу не зависящих от него причин не имел доступа к архивным данным, в том, что он в данном случае не пользовался архивами и допустил фактические неточности, преувеличения, отождествляя последние с сознательной ложью – так демагогически могла работать только советская пропаганда и её нынешние наследники. (Подробно данный вопрос разобран в большой статье Виктора Аксючица http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/zhit_po_lzhi_chast_1_752.htm «Жить по лжи?».)

Не лучше и другое расхожее обвинение в том, что якобы писатель «призывал американцев сбросить атомную бомбу на Советский Союз», когда из художественного контекста вырываются отдельные высказывания, по сути – реплики, которые абсолютно безграмотно либо сознательно злонамеренно отождествляются с личной позицией автора, создававшего художественные произведения, видимо, слишком сложные для постижения нынешними хулителями одного из столпов русской литературы.

Обличители писателя не ограничиваются этим, но пытаются оболгать и дискредитировать его личность, обвиняя то в дезертирстве, то в том, что он «сам себя посадил» (то есть спровоцировал свой арест в феврале 1945 года), а также в «стукачестве». (Историю своей так называемой вербовки органами он, как известно, сам честно изложил в «Архипелаге»). Эта «версия» в своих ключевых моментах базируется на старой фальшивке Т. Ржезача, выполненной ещё в 1975–1976 гг. по заказу КГБ – в его известной книге «Спираль измены Солженицына». Ничего более талантливого и оригинального нынешние «борцы за правду» придумать не в состоянии. (Подробности изложены во http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/zhit_po_lzhi_chast_2_787.htm второй части упомянутой статьи Виктора Аксючица.)

Люди, объявляющие себя носителями «советской», а точнее – коммунистической исторической правды, договариваются до того, что ленинско-сталинские, большевистские репрессии, многолетнее жесточайшее угнетение народа России либо вообще являются вымыслом, либо не имеют никакого значения в истории нашей страны, неважны для осмысления уроков недавнего прошлого. Любое напоминание о ГУЛАГе, о жертвах бесчеловечной коммунистической системы объявляется достоянием «либералов», врагов исторической России, невозможным для «патриотов», для патриотической мысли, а сам патриотизм мыслится этими людьми лишь как сугубо советский, как «коммунопатриотизм», или национал-большевизм. (Используется весьма характерный лукавый слоган «Каждый антисоветчик – русофоб».) При этом тоталитарный строй ленинско-сталинского времени упорно отождествляется с неким высшим «гуманизмом», который, по мнению таких авторов, и есть подлинное выражение христианства. Таким образом, по нашему убеждению, вполне очевидно, что яростное отрицание всего солженицынского наследия является в данном случае лишь предлогом для весьма агрессивного внедрения в общественное сознание неких причудливых представлений, носящих в лучшем случае типично сектантский характер. Приходится признать, что мы имеем дело не с тщательно продуманным и связным мировоззрением, но с неким набором не проясненных мировоззренческих предпочтений, фобий и комплексов – порождением сознания, травмированного распадом СССР, причины которого приписывают не внутренним изъянам самой советской системы, а в первую очередь «заговору либералов и диссидентов» при поддержке внешних врагов России. Никак не отрицая наличия «заговора», носившего в первую очередь всё же внутренний характер (главным субъектом его были определённые круги самой советской номенклатуры), не можем не заметить, что обрушение СССР было бы невозможно, если бы кричащие противоречия внутри самой системы отсутствовали.

Если публицисты неосоветской направленности, считающие себя интеллектуалами, высказывают подобного рода суждения в периодической печати и на различных ресурсах интернета, то лишённые сколь-либо вменяемого представления об истории молодые ученики этих публицистов переходят уже к практическим действиям, осуществляя разного рода кощунственные акции по осквернению памятников писателю. На очереди – столь ненавистные коммунопатриотам мемориалы жертвам репрессий.

Кому и зачем нужна эта кампания? Является ли она спонтанной или тщательно спланированной и подготовленной? Думаем, что, как чаще всего бывает, имеют место оба фактора. Совершенно понятно, почему главным произведением Солженицына (кстати, вслед за пресловутыми «либералами») объявляют именно «Архипелаг ГУЛАГ» со свойственными ему по упомянутым выше причинам преувеличениями и неточностями. (Такая постановка вопроса аналогична тому, как если бы кто-то, критикуя роман Л.Толстого «Воскресение», среди творческого наследия писателя вовсе не упоминал бы ни «Войну и мир», ни «Анну Каренину».) Организаторы неадекватной и злобной травли Солженицына стремятся дискредитировать его для того, чтобы как можно меньшее число людей обращалось к главному труду писателя – эпопее «Красное колесо», чтобы никто не вздумал, опираясь на историософскую концепцию Александра Исаевича, осмыслять уроки русской революции, без чего выход из кризиса и исторического тупика для современной России невозможен. Поэтому буквально с пеной у рта распространяется грубый и анекдотичный, но, к сожалению, работающий вымысел: «Солженицын никогда не работал в архивах, он ничего не понимает в истории, уберите Солженицына от истории». Если писатель по не зависящим от него причинам не имел доступа к архивам в период работы над «Архипелагом», это не означает, что он вовсе никогда не пользовался архивами; «Красное колесо», «Двести лет вместе» и другие крупные произведения во многом основаны именно на многочисленных архивных данных. В последнее время всё чаще вспоминается прижизненное высказывание писателя: «Обо мне лгут, как о мёртвом».

В итоге формируются новые фантомы в восприятии и трактовке российской и советской истории, новые «идеологические мании». Наслоение друг на друга разных слоёв исторической лжи (в чём по принципу «держи вора» обвиняют как раз того, кто посвятил всю свою жизнь последовательному и упорному разгребанию этих слоёв) окончательно закрывает для нашего народа возможность исторического опамятования, возрождения органичных для нас форм жизнеустройства, открывает путь для новых фантомов сознания, грозящих завести нас в окончательный исторический тупик, делает весьма проблематичной возможность национального возрождения. Вместо спокойной дискуссии о нашей давней и недавней истории продолжается старательное и кем-то явно инспирированное замазывание её белых пятен. И если во времена либерального оплёвывания это замазывание осуществлялось по преимуществу чёрной краской, то теперь её цвет приобретает всё более красный оттенок.

Мы знаем, что мысли Солженицына, его творчество по-своему интерпретируют и либеральные разрушители России. Иногда его имя пытаются использовать для оправдания действий наших исторических недругов, для зашиты тех, кто кощунственно относится ко всему лучшему в нашей истории, к святыням России. Подчас Солженицына вспоминают, чтобы оспорить право и долг законной власти бороться с заговорами и революциями. Однако писатель всегда выступал против них. Он был настоящим патриотом своей страны. Неслучайно он критиковал западный подход к ней. Неслучайно он в неё вернулся. Неслучайно он был горячим сторонником её самобытности, самостоятельного пути нашего народа в истории. Солженицын любил свой народ – но не боялся говорить о его исторических грехах, как и о преступлениях против него. Вот почему нельзя отождествить писателя с какими-либо враждебными кампаниями внешних сил по отношению к России. Он не омрачил свою совесть участием в них.

Объявить же идею национального покаяния происком «врагов» России, а тоталитарный коммунизм – высшим проявлением христианства – что может быть дальше от конструктивной идеологии национального возрождения! Мы убеждены, что в Год Солженицына, когда исполняется сто лет со дня его рождения, необходимо на государственном уровне поощрять серьёзное научное изучение его творческого наследия, прежде всего эпопеи «Красное колесо», что неотделимо от осмысления уроков революции, столетие которой мы отмечали в минувшем году, и Гражданской войны, в столетие начала которой мы входим. Именно адекватное усвоение этих уроков вместе со знаменитым призывом Александра Исаевича к «раскаянию и самоограничению», а вовсе не искусственное возгревание национальной гордыни есть залог возрождения великой страны, вовсе не сказавшей ещё своего последнего слова в истории.

Автор
Совет православной патриотической общественности
Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе