Яндекс.Метрика

Писатель Сергей Минаев: "Нравственный кризис везде одинаков - и на Рублевке, и в Текстильщиках"

13 февраля выходит в свет новая книга Сергея Минаева "Media Sapiens. Повесть о третьем сроке". На сей раз объектом иронии автора скандального бестселлера "Духless" стали президентские выборы. Главный герой книги, Антон Дроздиков, беспринципный политтехнолог и яростный поклонник Геббельса, занимается разработкой и проведением антипрезидентской кампании. О том, как средства массовой информации управляют сознанием людей, чем минаевский политтехнолог отличается от пелевинского Вавилена Татарского и какой будет следующая книга "русского Бегбедера", Сергей Минаев рассказал корреспонденту "Известий" Софье Широковой.

вопрос: После выхода книги "Духless" за вами закрепилась репутация борца с гламуром.

ответ: Мне не очень понятно значение слова "гламур" - как его употребляют в России, равно как мне не понятен термин "антигламур". Гламур для меня всегда был чем-то киношным, чем-то из фильмов с Марлен Дитрих, например. Он появился в середине прошлого века. Им называли что-то чарующее, волшебное. А у нас гламур - это почему-то тусовка. Я этого не очень понимаю, и когда мне говорят: "Как вы боретесь с гламуром", я говорю: "А как можно бороться с фаст-фудом?". Я не оперирую этими терминами. Глупо разоблачать - тусовка совершенно одинакова в Москве, Нью-Йорке, Париже. Она живет по одним правилам. Это люди, у которых масса денег и свободного времени. Все мифы о ней поддерживаются для wanna be, т.е. для людей, которые хотят туда попасть. А в целом это индустрия. Производители luxury и производители вещей выше среднего ценового порядка масштабируют celebrities и тех, кто следит за тем, что они носят, на чем ездят. Мне кажется, это болезнь ярлыков. Как слова "дискурс", "симулякр" и "конструкт". Интеллигентская тусовка отсмеялась уже над этими терминами - сейчас они перекочевали в низший слой. Когда человек хочет показать, что у него есть высшее образование, он начинает оперировать такими словами, подчас не разбирая, что они значат.

в: В последней книге Пелевина дискурс и гламур названы основополагающими понятиями современного общества.

о: Виктор гений. Он же показал, что современное общество движимо двумя вещами - это деньги и власть. Все остальное выстроено вокруг них. Можно называть это гламурами или дискурсами. Слова не имеют никакого значения. Он это обыграл и возвел в куб идиотизма.

в: Вас не смущает, что, став борцом с гламуром, вы оказались в этот гламур втянутым - даете интервью глянцевым журналам и прочее?

о: Я попал туда, куда хотел попасть. Я ненавижу глянцевые издания и глянцевых людей, равнозначно я ненавижу маргинальщину. Я хотел быть in between. Я достаточно маргинален, чтобы позволить себе суждения, которые идут вразрез с общественными нормами морали, справедливости и так далее. В те моменты, когда я где-то бываю, то одеваюсь как одеваются глянцевые люди, но это не значит, что таким становлюсь. Я не хотел поддерживать ни тех, ни других. Поэтому меня одинаково ненавидят главный редактор журнала JQ и Дуня Смирнова. И я их не люблю одинаково. Я не люблю людей заумных и не люблю людей, у которых самая большая проблема в жизни в том, что их не пригласили на закрытый показ Dior'a.

в: В одной из своих колонок вы назвали книги Оксаны Робски Lipstick-литературой. Но разве ваши книги на рынке не попали в ту же самую нишу?

о: Вы все правильно видите. Как это получается: вот, например, есть бренд на рынке в области соусов. Мы с вами делаем другой, который не черного цвета, а белого. Главное в выводе бренда - определить соперника, чтобы вырабатывать конкурентное преимущество. Когда "Духless" вышел в свет, прессе его нужно было как-то позиционировать. Все сказали: "О! Это противовес Робски". И все - маховик раскрутился. При том, что я никогда не писал книгу, нацеленную против чего-то.

в: Понятно, кто читает Оксану Робски, - люди, от Рублевки далекие, но ее жизнью интересующиеся. А кто ваши читатели?

о: Мне пришло огромное количество писем по поводу "Духless'a". Пишут люди от 17 до 60 лет. Бабушка какая-то написала, что она купила книгу и дала ее внучке. Вчера сцена в "Билингве" во время политических дебатов: сидят двое молодых людей и две девушки, я прохожу мимо. Одна девушка набирает номер: "Поговорите с моим папой". Я говорю: "Зачем?". "Поговорите". Хорошо. "Здрасьте, Сергей, вы знаете, я прочитал вашу книгу, дал ее дочери, думаю, что она ей поможет. Спасибо вам огромное". Но понятно, что основные массивы определены текстом - я попал в офисных клерков, интернетчиков, чуть-чуть в нацболов, таких кухонных, которые на кухне "Зиг хайль!" говорят, в тусовщиков и просто в читающих, думающих людей. Потому что книга-то не о гламуре, не о Жуковке-Рублевке, не о богатых и бедных - она о человеческих кризисах. О кризисе среднего возраста. Я вас уверяю, что кризисы нравственные, поколенческие везде одинаковы - и на Рублевке, и в Текстильщиках. Вопрос антуража.

в: Ваша новая книга - скорее политическая...

о: Это книга о силе средств массовой информации, о том, как они манипулируют обществом, о том, что большинство событий происходит не в реальной жизни, а в информационном поле.

в: Почему вы решили написать книгу об антипутинской кампании накануне президентских выборов? Это можно назвать оппозиционным жестом?

о: Нет, я просто в очередной раз достаточно весело простебался. Само словосочетание "третий срок" во мне уже вызывает зубовный скрежет. 25 тысяч раз Путин ответил, что не пойдет, и 35 тысяч раз его продолжают спрашивать об этом. Поневоле тема стала основной темой года. В моем понимании, здоровое общество должно думать о социальных кредитах, о здравоохранении. В нормальных странах о политике в последнюю очередь думают. Допустим, что Буша сменит Хиллари Клинтон. Ничего в стране не изменится - никто не уедет в лагеря, доллар не рухнет. Это книга не о политике, а о том, что средства массовой информации уже стали отдельным разумом. Мы - политтехнологи, журналисты - думаем, что манипулируем ими, а на самом деле они манипулируют нами. Это такой коллективный разум.

в: Тогда в чем отличие от "Generation "П" Пелевина, у которого тоже о манипулировании массами и политтехнолог главный герой?

о: Между "Generation "П" и "Media Sapiens" большая разница. Пелевин выстраивает хитроумную схему, а я показываю, что все очень цинично. Не надо тратить бабки на оцифрованных клонов, на выстраивание декораций. Проще взять тысячу человек, положить в режиме реального времени из автоматов, заснять это все на видео и всех шокировать. Это дешевле. У меня там люди режиссируют теракты, войны - никаких проблем.

в: Насколько я знаю, вы общаетесь с Бегбедером...

о: Да, мы с ним дружим. Мы познакомились четыре года назад, когда я делал с ним интервью. Потом мы как-то зависли в ресторане и с тех пор стали переписываться, перезваниваться. Когда я приезжаю в Париж или он в Москву, мы встречаемся. Бегбедер для меня был одним из тех, кто сформировал стиль, хотя, когда я писал "Духless", я больше думал о "Fasеrland" Кристиана Крахта.

в: Вас не раздражает, что после выхода "Духless'a" к вам приклеили ярлычок "русский Бегбедер"?

о: Нисколько. Мы пишем об одном и том же. Офисы мультинациональных корпораций одинаковы в Париже и Москве, тусовка тоже. А эмоции вообще одинаковы во всех странах мира.

в: В последнее время многие писатели делают разного рода политические прогнозы: Сорокин предсказал эпоху Ивана Грозного, Славникова - революцию. Вы какие-то исторические параллели можете провести?

о: Третья книга, которую я хочу писать, будет о будущем. В моем будущем все ужасно. Если сейчас мультинациональные корпорации покупают друг друга, потом они будут покупать контрольные пакеты государства. Всем известен постулат, что в современном мире мы не можем уже оперировать ВВП Америки, России или Эфиопии, но мы можем говорить о бюджете, например, "Coca-Cola", потому что их доходы доминируют над доходами многих государств. Поэтому, если корпорация по экономической мощи становится равной или превосходящей государство, то можно предположить, что вслед за экономикой они захотят управлять политикой.

в: И что произойдет с государством?

о: Оно будет от псевдодемократического до целиком тоталитарного. Потому что любая мультинациональная корпорация - это, с одной стороны - секта, с другой - армия. И логично предположить, что государство, которое они выстроят, будет тоталитарным, но при этом закамуфлированным под идею добра. А ссылки будут лицемерно именоваться тренингами.

Софья Широкова
 
Оригинал материала

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе