Главная >> Губерни-«Я» >> Культура Ярославля >> Театр - Ярославль >> Гоголь и Театр: игралища таинственной судьбы
  • Increase font size
  • Default font size
  • Decrease font size
Search
pomogi.org
Ярославль

Гоголь и Театр: игралища таинственной судьбы

E-mailПечать
 Автор:Маргарита ВАНЯШОВАОпубликовано:31.03.2009

Культурная эволюция #0
Никогда не забуду впечатления от спектакля «Старосветская любовь» по «Старосветским помещикам» с Лией Ахеджаковой и Богданом Ступкой. Площадь Юности перед ТЮЗом заполонили иномарки. Протиснуться сквозь плотно поставленные джипы было невозможно! А на сцене начали жить своей допотопной природной жизнью поэтические создания – Афанасий Иванович и Пульхерия Ивановна, истово хранившие свою патриархальную любовь. Ни ужимок, ни шуточек-штучек…

Нувориши, пришедшие развлечься с эксцентрической Ахеджаковой, демонстративно покидали зал. И гневно грозили театру. Их обманули! Перед ними предстала не привычная комедийная, а трагедийная актриса, жившая своей потаенной жизнью. Этот спектакль требовал затрат души и сердца. Наша публика, та, что «образует драматические таланты» и чувствует себя на высоте, слишком избалована и испорчена шоу-зрелищами.

Но важно, что есть другая часть зрителей. Та, о которой и думал Гоголь, когда говорил: «Театр и театр — две разные вещи, равно как и восторг самой публики бывает двух родов: иное дело восторг от того, когда какая-нибудь балетная танцовщица подымет ногу повыше, и опять иное дело восторг от того, когда могущественный лицедей потрясающим словом подымет выше все высокие чувства в человеке». И еще:«Театр ничуть не безделица и вовсе не пустая вещь, если примешь в соображенье то, что в нем может поместиться толпа из тысячи человек, и что вся эта толпа, ни в чем не сходная между собою,…может вдруг потрястись одним потрясением, зарыдать одними слезами и засмеяться одним всеобщим смехом. Это такая кафедра, с которой можно много миру сказать добра». 

Гоголь читает комедию "Ревизор" писателям и артистам Малого театра

Художник: О.А. Дмитриев и В.В. Данилова Офорт. 1952 г.

Замечательные слова. В начале 90-х знатоки обрушились было на Гоголя за его формулу «театр – кафедра», восстали против театра – воспитателя духа… И выплеснули вместе с водой младенца. Гоголь не помышлял превращать театр исключительно в кафедру для проповедей. Он знал тайны воздействия театра на душу человека, думал о великой вдохновляющей и объединяющей силе театра. Подробнее…

ГОГОЛЬ НА ВОЛКОВСКОЙ СЦЕНЕ

Спектакли, вдохновленные гением Гоголя, не раз осеняли Волковскую сцену.

Пожалуй, следует назвать три спектакля – «Ревизор» (постановка Петра Васильева, 1952), «Женитьба» в постановке Глеба Дроздова (1986), и «Ревизор» Владимира Боголепова (2000) , ставшие вехами времени, в которых по-разному отразился сложный ХХ век.  

В «Ревизоре» 1952 года была живость, динамичность, острота игры, воодушевленность, слаженность актерского ансамбля. Блистал любимец публики тех лет Сергей Юматов – Хлестаков, чаровала Александра Чудинова в роли Анны Андреевны. Но присланный из Москвы идеолог- критик в своем выступлении перед труппой бранил условные приемы игры, отрицал попытки гротеска, настаивал на бытоподобии. Где народные черты слуги Осипа? Анна Андреевна – Чудинова и вовсе посмела быть благородной! Пленяет и чарует! Супруга прохвоста Городничего может быть только отвратительной фурией! 

В «Женитьбе» Глеба Дроздова (1986) был отсвет трагедии. И здесь был свой реви¬зор - страх. И здесь была комическая сторона. Жило озорство режиссера – хор чиновников во главе с Яичницей пел: «Не думай о секундах свысока…» В этом спектакле играли выдающиеся актеры, дарование которых раскрыл Дроздов. Алексей Шумилов – Подколесин, с его страхом перемены участи, ушибленный “дрязгом мелочей”. Экзекутор Яичница – Сергей Куценко, устрашающий хозяин мира, с повадками Значительного Лица. Кочкарев – Виталий Стужев с его летящей, “пушкинской” походкой, “пушкинскими” бакенбардами, осмеивающий пошлый мир, сваха Фекла – Наталья Терентьева, с зонгами под микрофон, гротесковая цирковая клоунесса. Слуга Степан, сошедший с полотен Федотова – Евгений Князев, и, наконец, хрупкая, хрустальная, звенящая поэтическая душа -Агафья Тихоновна – Наталья Дроздова. О «Ревизоре» скажем далее…

С «РЕВИЗОРОМ» ПО СТРАНАМ И КОНТИНЕНТАМ

«Ревизор» в постановке Владимира Боголепова (2000) был показан на гастролях в Москве и объехал полмира. Ему рукоплескали Америка, Египет, Япония. В Египте «Ревизор» играли в Каире и в Александрии. Поражали зрители, у которых привычкой было идти в театр с книжкой Гоголя в руках. Каждый из зрителей держал в руках пьесу и внимательно смотрел то на текст, то на сцену. В Египте и «Ревизор», и роман- поэма «Мертвые души» включены в школьную программу. Томики Гоголя на арабском не только выполняли функции перевода. Это была своего рода партитура, по которой зрители сверяли звучание спектакля.

В Токио аплодисменты «Ревизору» не смолкали целую неделю. Интерес к «Ревизору» огромный. И это притом, что страна практически не знает коррупции и уберегла себя от взяток. Так что же привлекло японцев в нашем спектакле? Вот мнение критика Норико Адати. «С небес раскатываются могучие окрики Верховного Бога: «Э-ге-е-е-й!»… Это Божий голос, но, может быть, это и голос самого Гоголя? Хлестаков – Мундум напоминает мистического Воланда из булгаковского романа. За ним стоят и ему подчиняются «игралища таинственной судьбы» (Пушкин). Для нас важно, что этот «Ревизор» проверяет состояние души каждого из героев спектакля... От Волковского театра веет прелестной старинностью и нежной теплотой. Мы не видели русского спектакля по Гоголю, который так сильно бы порадовал японских зрителей после «Ревизора» Товстоногова, показанного в Японии в 1983 году…»

КУДА УЕХАЛ ГОГОЛЬ В АНТРАКТЕ?

2004 год. «Отрада» - Американо-Русский Союз, объединивший многие русские семейства. Эта русскую колонию в Нью-Джерси под Нью-Йорком в холмисто-лесной местности населяют потомки разных «волн» русской эмиграции.  

Могучий, широкоплечий красавец – косая сажень в плечах, с кудрявой копной волос, в яркой красной русской рубахе, входит в наш автобус. Он выносит вешала с костюмами «Ревизора». Наши костюмеры привычно загружают его: свой брат, рабочий сцены. Я залюбовалась - уж очень живописен он был, этот рабочий. А он взглянул на меня и неожиданно спросил: - Когда состоялось первое представление «Ревизора» в Петербурге? – В 1836 году ответила я. (Это я студентам такие вопросы задаю. А он? Странное испытание, почти экзамен. Но он не знал ни меня, ни всех нас).  

- А какого числа? 

– 19 апреля 1836 года в Александринском театре!

- А где был Гоголь на премьере? 

Я рассказываю ему с жаром, как горько воспринял спектакль сам Гоголь (как провал), как оценил премьеру государь император, и собеседник поощрительно кивает. И снова вопрос: - А где Гоголь был в антракте?

Это ставит меня в тупик. Ну, сколько о Гоголе перечитано, а где был Гоголь в антракте во время премьеры, хоть убей, не знаю!

- Э-э! – наставительно сказал мой собеседник. – Это история. Гоголь загоревал после первого акта и ушел из театра почти в бешенстве. Он пришел к своему приятелю Черткову, жившему по соседству, упал на кушетку и заснул мертвым сном. Так была напряжена его психика. А в это время государь захотел увидеть автора. Дело в том, что к концу спектакля государь повеселел. Трепещут чиновники перед императором! Так и должно быть. И повелел привести Гоголя. Бросились искать, вспомнили, нашли, привезли. Так вот, запомните, Гоголь был у Черткова. 

-Ну, хорошо, у Черткова. А в чем, собственно, соль этого сюжета?

– Знакомьтесь, сейчас вы поймете, в чем соль… - представляет нам собеседника российский сотрудник ООН Тамара Васильевна Позднякова. – Николай Чертков, глава известного культурного фонда, посвященного роду Чертковых. 

Чертков становится серьезным. – Наш род в истории России издавна известен. Чертковы всегда способствовали благоденствию державы.  

Потом я смотрела историю рода Чертковых. Некоторые представители ветви Чертковых происходили из наших краев, им принадлежали земли под Переславлем. Николай Сергеевич – страстный поборник и защитник русской культуры и в Америке, и в России. Вложил капиталы, восстановил дом Чертковых в Москве на Мясницкой, где сейчас располагается прекрасная Библиотека Черткова, доступная всем читателям.

КОГДА ГОГОЛЬ ОСТАНАВЛИВАЛСЯ В ЯРОСЛАВЛЕ?

Декабрь. 2006 год. Две недели Волковского театра в Токио. Неделя – «Ревизор».

Банкет по случаю завершения гастролей. Два японских профессора – Он и Она просят рассказать о подробностях пребывания Гоголя… в Ярославле. 

– Когда Гоголь останавливался в Ярославле? Нас интересует точная дата. Когда и где?

- Но… Гоголь не бывал в Ярославле! Наше краеведческое сообщество уверено в этом. И нет ни одного документа на этот счет, ни одного свидетельства…

 Обладатели тайного знания о Гоголе в Ярославле смотрят на меня с чувством тайного превосходства.  

- А у нас есть такие данные. Но это наше ноу-хау! Мы уверены, что губернский город в «Мертвых душах» - это Ярославль! И ярославский расторопный мужик…

- Но у Гоголя нет конкретного города! Это собирательный город, обобщенный. И провинция, и столица, и город, и деревня. Если вы помните, Гоголь и о «Ревизоре» говорил: “В “Ревизоре” я решился собрать в одну кучу все дурное в России..., и за одним разом посмеяться над всем!”.

- И все-таки, нам очень жаль… Мы знаем, что Гоголь был в Ярославле. И не один раз. Оригато-о! Благодарим! 

 Долго не давала покоя уверенность японцев в пребывании Гоголя в Ярославле. Откуда могли мои собеседники почерпнуть данные о Гоголе? Конечно, из Интернета. Русский Интернет о пребывании Гоголя в Ярославле молчал. А вот в англоязычной справочной статье о Гоголе говорилось, что отдельные главы "Мертвых душ" Гоголь писал в Абрамцеве под Москвой и читал эти главы Константину Аксакову. В усадьбу Абрамцево Ярославской железной дороги Гоголь ездил, как указывалось, "from Yaroslavl Station". Что можно перевести - "со станции Ярославль"… Мы-то знаем, что с Ярославского вокзала. А Ярославский вокзал Москвы, что ни говорите, – уже часть Ярославля. Спасибо японцам! Чем черт не шутит! Наверное, Гоголь и впрямь бывал в Ярославле. И, конечно, инкогнито. Проездом из Петербурга.

Есть что-то и впрямь мистическое в этих побасенках. Каким-то краем Гоголь в наших поездках всегда оказывался причастен к Ярославлю. Японцы допытывались, когда Гоголь приезжал в Ярославль? Настаивали, что «Мертвые души» списаны с Ярославля. Чертковы причастны к ярославским землям. Наконец, сам Гоголь увековечил ярославского расторопного мужика, который снарядил чудо птицу-тройку с одним топором и долотом… А мы все никак не удосужимся поставить ему памятник. 

И не побасенки ли это все?

- Побасенки?! - вскидывается Гоголь. - А вон протекли века, города и народы снеслись и исчезли с лица земли, как дым унеслось все, что было, а побасенки живут и повторяются поныне... Побасенки!.. А вон стонут балконы и перилы театров. Все потряслось снизу доверху, превратясь в одно чувство, в один миг, в одного человека, все люди встретились, как братья, в одном душевном движенье, и гремит дружным рукоплесканьем благодарный гимн тому, которого уже пятьсот лет нет на свете... Побасенки!.. Но мир задремал бы без таких побасенок, обмелела бы жизнь, плесенью и тиной покрылись бы души...

Гоголь рассчитывал на пятьсот лет жизни своих побасенок. Не меньше. Пока прошло только двести. А еще через триста, может быть, и сбудется его пророчество о том, что люди встретятся, как братья, в одном душевном движенье… И произойдет это в огромном Вселенском космическом Театре.

 Маргарита ВАНЯШОВА



Поделиться:

Добавить закладку в livejournal.com

ВКонтакте
Facebook
< Режиссер Игорь Селин: «Горе ума» — слоган нашего времени» К юбилею Николая Гоголя >

Афиша