«Артист – инструмент в руках режиссера»

Общаясь с актрисой Ярославского театра кукол Екатериной Соколовой, нужно быть готовым к любым неожиданностям. Например, к тому, что будучи обладателем такой публичной профессии, она категорически не любит говорить о себе. Более того, Екатерина искренне убеждена, что и читать-то про артистов никто не любит. То ли дело юридическая литература или книги по экономике – в них пытливый ум почерпнет куда больше полезной и любопытной информации, чем в любой актерской биографии! Именно такую литературу, к слову, с большим интересом читает на досуге сама актриса.

Представляете, как сильно удивился бы Виссарион Белинский (доведись ему накоротке побеседовать с Екатериной), когда на его восторженный вопрос  «Любите ли вы театр так, как я его люблю,  то есть всеми силами души вашей, со всем энтузиазмом, со всем исступлением, к которому только способна пылкая молодость, жадная и страстная до впечатлений изящного?», актриса просто, не смущаясь, ответила: «Нет, я не люблю театр»?  
Яркая, талантливая, самобытная, с узнаваемым «почерком»  актриса Екатерина Соколова  очень деятельный, разносторонний, творчески одаренный человек. Она старается во всем не только дойти до самой сути, но и достигнуть совершенства. Иначе ей становится скучно и неинтересно жить.
В детстве Екатерина вовсе не была пай-девочкой, она была сорванцом, дружила исключительно с мальчишками и с упоением играла с ними в футбол. Правда, погонять мяч ей удавалось не часто: львиную долю свободного от школьных занятий времени «съедали» занятия акробатикой, танцами и музыкальная школа.  Причем в «музыкалку» девочку отдали достаточно поздно, в пятом классе, и Екатерина штурмовала музыкальный олимп экстерном, пробегая за год двухлетнюю программу.  
Самое нелюбимое занятие в детстве – это походы всем классом в театр. Скучнее этой «обязаловки»  было трудно что либо представить, а потому, едва в зале гас свет, девочка, удобно устроившись в мягком кресле, … засыпала.  Хотя о сцене Екатерина всегда думала с удовольствием: она обожала танцевать, всерьез мечтала о балетной карьере.
- Я отлично помню тот момент, когда впервые почувствовала, как мне нравиться выступать на сцене. Наш танцевальный коллектив давал много концертов, приходилось ездить то в пионерские лагеря, то в воинские части. Нарядный костюм, отточенные движения танца, аплодисменты и улыбки зрителей, собственный вложенный труд и его мгновенная оценка -  всё это вкупе было очень здорово, - говорит Екатерина. 
Именно танец в конечной итоге и привел девушку в театральный институт. Однажды она шла мимо здания института, и увидела открытые окна в танцклассе. Стройные девушки в черных купальниках стояли у станка, слаженно повторяли какое-то па, отражаясь в зеркалах – это, в общем-то привычное для человека, не первый год занимающегося танцами зрелище, буквально пригвоздило девушку к асфальту.  И в голове мгновенно пронеслось: «Я хочу учиться именно здесь».  И только потом она поинтересовалась, как называется это учебное заведение.
Свою мечту о поступлении в театральный Екатерина вслух дома не озвучивала: не потому, что родители запретили бы ей это, или принялись бы отговаривать дочь от необдуманного поступка – просто они искренне полагали, что ни театр, ни танцы не могут быть профессией (вот в качестве хобби, для общего развития – пожалуйста!), и предпочитали иметь синицу в руках, а не журавля в небе.  А Кате не хотелось их огорчать.
И вот, обложившись книгами по истории, Екатерина совершенно серьезно и, главное, искренне, готовилась к поступлению в университет, а в перерывах между занятиями пела «Ой, цветет калина…», прислушиваясь, как звучит голос. Вступительные экзамены в театральный институт, как известно, проходят раньше, чем в прочих вузах.  И только пройдя второй тур, Екатерина решила во всем признаться родителям. Они были очень удивлены, но отговаривать от опрометчивого шага не стали. 
- Поступив легко, я не испытывала никакой эйфории от свершившейся мечты. Тем более, что поступила я на кукольное отделение (режиссер, набиравший курс драматический артистов, сразу признался, что не видит меня в дипломном спектакле, и я, дескать, могу ходить на занятия, только какой в этом смысл?), а про кукольный театр я совсем ничего не знала. Так что, слушая лекции, и занимаясь в том самом танцевальном классе, который когда-то поразил мое воображение, я весь первый год всерьез раздумывала, а своим ли делом я занимаюсь, - вспоминает актриса.
Но процесс погружения в профессию затягивал, и Екатерина сама не заметила, как в её руках оказался диплом об окончании института. Опять возник вопрос: а может ли профессия тебя прокормить? Эта трезвая оценка событий, реальный взгляд на вещи -  без заламывания рук, без водевильных поз «без сцены я умру», которыми грешат многие наши знаменитости – очень характерны для молодой актрисы Екатерины Соколовой.  Она сдержанна в эмоциях, всегда увязывает поступок и последствия, а потому здраво анализирует соответствие выбранной профессии экономическим потребностям человека.  Кто в молодости не мечтал о самостоятельности? Вот и Екатерина Соколова уехала работать в Рязанский областной театр кукол. И только уехав, поняла, насколько она - домашний человек, насколько необходимо ей присутствие рядом семьи и близких, насколько важно, чтобы результат её труда видели и оценивали дорогие сердцу люди. Не остановили ни роли, ни квартира в Рязани… - сорвалась домой, только её и видели. Но тут судьба преподнесла ей счастливый шанс: позвонил режиссер Ярославского театра кукол Владимир Куприн и сказал, что театру срочно нужна  снегурочка – пойдешь?   О чем разговор!
26 октября 2007 года Екатерина Соколова впервые переступила порог Ярославского театра кукол,  и сразу попала на репетицию спектакля «Царевна-лягушка». Человеку, далекому от театрального процесса,  трудно в это поверить, но уже на следующий день, 27 октября, актриса Соколова вышла играть в этом спектакле на публику. Потом снежным комом накатила новогодняя кампания, когда Екатерина в одиночку отыграла в роли Снегурочки 43 елки! На языке военных это называется «крещение боем». И Екатерина с честью его выдержала.  В течение первого для актрисы театрального сезона в Ярославле её ввели практически во все спектакли - «и я наконец перестала рефлексировать, терзая себя вопросом, своим ли делом я занимаюсь. Надо было вспоминать всё, чему меня учили в институте, и применять знания на практике», смеется моя собеседница.  
В актерском багаже актрисы – Царевна Несмеяна («По щучьему велению»), Принцесса («Снежная королева»), Мари («Щелкунчик»), еще одна Принцесса в спектакле «Кот в сапогах», Мигун («Волшебник изумрудного города»).  Она плотно занята в спектаклях текущего репертуара: «Русалка Света из деревни Перемилово», «Любовь к одному апельсину», «Неугомонная семейка», «Дюймовочка», «Бармалей», многих других. 
За прошедшие годы  Екатерина осталась верна себе – она по-прежнему не любит театр, хотя стала неплохо разбираться в театральном процессе,  грамотно и профессионально оценивает спектакль  и снаружи, и изнутри. Однако актриса искренне любит свою профессию, и знает толк в своем деле.  Из репертуарной афиши театра Екатерина с особой симпатией выделяет сказки с национальным колоритом, и сожалеет, что их не так много, как хотелось бы.  Но даже об этой симпатии актриса говорит  с оговоркой:
- Я не понимаю, как можно любить или не любить тот или иной спектакль. Это моя работа, я сама её выбрала, я люблю и умею её делать. Даже если я не согласна с режиссерской концепцией какого-то спектакля  (что вполне допустимо,  потому что у каждого человека может быть своё видение), надо, работая в этом спектакле, отбросить своё, личное, и работать на ту идею, которую продвигает режиссер.  Для меня артист – это инструмент в руках режиссера, и он должен быть рад, если ему своей игрой, своей работой удается воплотить задуманное постановщиком. Нужно изначально понимать, что в театре главный – режиссер. Не все артисты это понимают, именно это непонимание рождает многие внутренние конфликты. 
В этой хрупкой, очаровательной женщине с внешностью коллекционной фарфоровой куклы скрывается недюженый государственным ум. Говоря о том или ином спектакле, о театре вообще, она оценивает  театральный процесс не восторженными ахами («любите ли вы театр…?» и далее по тексту), а с юридической, экономической точки зрения.  Ей важно понимать, насколько театр оправдывает своё существование в современном мире, способен ли он выстоять в условиях  рыночной экономики?  Ведь конкуренция на рынке дает толчок новому витку развития, и театр  в этом вопросе – не исключение.  А в условиях рынка единственным критерием оценки деятельности театра должен быть зритель – пойдёт он на тот или иной спектакль, или не пойдёт. Но тут велик соблазн не устоять, и скатиться по наклонной плоскости… Согласитесь, что при таком раскладе  здравый анализ и понимание ситуации куда деятельнее восторженной любви. 
…На вопрос, чего ей не хватает для полного счастья, Екатерина призналась, что мечтает о том времени, когда в театр придет главный режиссер.  При этом, по своему обыкновению, «обосновала» мечту, разложив по пунктам, почему это необходимо и ей лично, и театру. Не прошло и недели после нашего с Екатериной разговора, как главным режиссером театра стал Алексей Смирнов, уже поставивший в театре кукол чудесный спектакль «Златовласка». Вот уж поистине – мечты имеют обыкновение сбываться.  И не зря говорят мудрые: делай, что должно и будь что будет. 

Фото предоставлено Ярославским театром кукол.

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе «Авторские колонки»