Букет энциклопедисту Часть III

«Энциклопедия… Антология» — «Хромая лошадь» ярославского тысячелетия

Прости меня, уважаемый читатель, не могу и не хочу я приступить к детальному разбору содержимого этой книжки «по существу». Точно такая же ситуация была год назад с ВООПиКовским изданием Баршевской: человек показывает мне свои замечания по конкретным историческим неточностям брошюры. Их не один десяток, есть и грубые, но все они в сравнении с одним, но «системным» огрехом — мелочи.

Именно он — принципиален, только о нем и следует говорить публично: ТАК нельзя делать научно-популярные книги, а адресованные детям — категорически…

Любой здравомыслящий человек видит, что указания на какие-либо мелкие ляпы оказываются контрпродуктивны . Тролли (так презрительно кличут интернет-провокаторов) моментально начинают истерику: придирка-де! Хотите конкретный пример? У Бородкина владыка Самуил (Миславский) именуется «Миславский С.» — посмотрите комментарий об этом некоего Коняева. Объяснять самовлюбленному до нарциссизма субъекту, что следование традиции в написании имен монашествующих не проформа, а понимание сути их ухода от мира и уважение к чужому выбору бесполезно. У него ведь диплом ИФ…

Монолог к Е. А. Ермолину

Имя Евгения Анатольевича стоит в Антологии под статьей с таким вот названием: «Радонежский Сергий» (С. 210–211). Круто? Но по логике коняевых это «не столь принципиально».

Некоторые ермолинские тексты я считаю принципиально очень важными для ярославской регионалистики, да и вместе с ним мы делали не одну книгу (хотя бы «Кацкую Русь» Сережи Темняткина), воспоминаниями об этом очень дорожу. Я понимал, что так назвать статью об отце русского монашества он принципиально не мог — пришлось лезть в свой архив.

Так вот, уважаемый читатель, имеющийся у меня файл 2001 года доказывает: Евгением Анатольевичем текст был назван по-человечески. Не суть важно, который редактор это сделал, «главный» или «технический». Эти «академики» нашли друг друга: изменив авторское название, они умудрились сохранить в статье авторское же сокращение «С.», хотя следовало бы тогда «Р.С.» Вообще, сокращения — апофеоз «редакторской работы» в этом позорище и, пожалуй, единственное, что реально именно этими Митрофанушками было в книге сделано (разве что — на кой-то ляд? — еще вписали в конце многих списков литературы «и др.»).

Но остальной-то текст его, Ермолина. В пристатейном списке литературы указаны бесспорно значимые и умные труды о преподобном, но только вот самая свежая ссылка датирована 1992 (Sic!) годом. Нет там, например, ни труда Б. М. Клосса (может его и не следовало бы включать — очень противоречиво оценивается), ни монографии К. А. Аверьянова (а вот ее — следовало бы: например, он очень внятно анализирует расхождения в датировках рождения Варфоломея, пострижения его в монахи, начала Сергиева игуменства — у Е. А. все три узла земной жизни по типу «а может» фигурируют, что без объяснений не стоило бы в энциклопедии).

(С 2001 года, кроме нескольких исключений, ничего в основе текстов для Антологии не изменялось! Но за прошедшие годы столько оригинальных публикаций появилось. Даже обобщающих работ несколько по разным проблемам. Жестче скажу, издание, опирающееся на устаревшие сведения не является энциклопедией. Что называется, «по определению».) А ведь, насколько я знаю, когда-то Евгений Анатольевич возражал против публикации стремительно устаревавших материалов энциклопедии.

Второе принципиальное, на мой взгляд, замечание касается категорической недостаточности саморедактуры, которую вы, инициаторы, стратегически выбрали полтора десятка лет назад. А при всем глубоком и искреннем уважении к Е. А. и его семи соратникам, как к авторам и исследователям, я еще в 2001 году с огорчением увидел, что они текстов не редактировали. Моя правота проиллюстрирована в статье о Радонежском чудотворце. Смотрим фразу: «По легенде, некий святой старец, встретившийся как-то раз юному В., предсказал мальчику великое поприще».

Разве «некий» и «как-то раз» допустимо в энциклопедии? И о какой «легенде» речь? О житии преподобного Сергия, написанном Епифанием Премудрым, или о признанном Церковью тексте Пахомия Логофета? (Хотя старая Литературная энциклопедия  и возводит легенды к житийным текстам, думаю, что для нас с Е. А. оттенки слов важны, а значит, житие и легенда — не синонимы.) Не одним же аршином мерить Ермолина и Бородкина!.. 

С горечью могу сказать, что если бы не я один, а столь авторитетные как Е. А. люди год назад выпороли бы публично ВООПиК за «Миславский С.», глядишь, избавило бы нас хоть от такого названия, может и вообще Антология бы не появилась. Но промолчали. Поэтому, хоть и не его это заголовок, все в этой статье и в остальных (их несколько) — ермолинское. Отмахнулся и не остановил человека с амбициями, но без совести. Думал, что пронесет?

Простите, пронесло в самом неприятном смысле этого слова.

***

Вот, Юрий Николаевич, ждет заявленного детального разбора. Чего? Прошлогоднего снега, завернутого нечистыми руками в безвкусную обертку? Что нам с Вами, Юрий Николаевич, обоим после жесткой выучки авиапрома, там смотреть? Что в разделе «Территория» нет НИ ОДНОЙ карты (хоть бы схему, например, чтоб читатель мог посмотреть, чем земли Пошехонского уезда от нынешнего района отличаются, или где была усадьба Сабанеевых Анненское). Еще хлеще: в некоторых статьях Е. Ю. Колбовского вообще нет пристатейной литературы. Что, профессор, доктор наук не знал: так нельзя? Я думаю, что прочитав статью «Любимский уезд» (С. 18–19), Вы наверняка, как и я, удивитесь, не обнаружив в ней даже упоминания того, что до образования Ярославской губернии эти земли были Костромскими. «Мелочи» бесконечны, в каждой статье, в каждой!

Валентина Николаевна упомянула нормативный документ на энциклопедические издания. Я могу туда же добавить стандарт на сокращения слов и пр., и пр. Что толку? Помните, как в советское время контролировалось соблюдение нормативных требований на авиазаводах? Личное клеймо качества рабочего, подпись мастера, 100-процентная приемка ОТК, а затем представителями заказчика. Какая разница, есть или нет стандарт, если проверять его соблюдение ни издатель (начальник ОТК), ни главный редактор (считай, старший военпред) и не собирались? Если степень и звание есть, но нет совести, наличие ГОСТа разве поможет?

Так что разбора «по мелочам» не будет — троллей кормить не рекомендуется.

Казалось бы, история с «Энциклопедией… Антологией» для тех, кто лично ее воплотил, Самознаева и Иерусалимского, — их личный конфуз. Положим, научных редакторов он «ввел в заблуждение». Но все оказалось куда хуже: кто-то не постеснялся привязать сие безобразие к тысячелетию нашего города. А значит, и каждого из нас — к этому безобразию. И меня, и Вас, Юрий Николаевич.

Потому и представляется мне куда более важным разговор об ответственности. Той самой, личной, собственное понимание и проявление которой каждому приходится рано или поздно предъявлять. И не столь важно, кому. Себе самому. Ключнику у врат небесных. Потомкам. Вот им-то — наверняка, и они бремя этой ответственности на своей шкуре смогут ощутить. При них все уже по-другому оценивается…

Подставили?

Я ни разу в жизни не видел справочного издания (а именно так обозначена «Энциклопедия… Антология» на своей последней странице и именно этим должна была бы стать), предваренного ШЕСТЬЮ (!!!) вступительными-приветственными словами, и каждое с портретом и факсимиле. Да что справочники, в серьезных корпоративных буклетах столько не бывает, от силы — пара!

К «острой глупости» «Энциклопедии… Антологии» помимо губернатора Ярославской области С. А. Вахрукова, оказались притянуты:

  • председатель Ярославской областной думы В. В. Рогоцкий,
  • архиепископ Ярославский и Ростовский Кирилл,
  • мэр города Ярославля В. В. Волончунас,
  • генеральный директор группы компаний «ЯрИнвестПроект» Н. А. Канин,
  • ректор ЯрГУ им. П. Г. Демидова А. И. Русаков.

Как известно, всяческие предисловия или вступительные слова высокие руководители сами не пишут. Тот, кто написал для губернатора, судя по напечатанному в книге тексту, не видел даже оглавления опуса. Неписанная книжная традиция обязывает: автор предисловия называет именно те события, имена, факты, которые не просто подкреплены соответствующими местами текста в предваряемом издании, но являются в нем, по его мнению, ключевыми.

Ну, не знает порученец-сочинитель, что в книгах не должно быть случайных вещей, что если ружжо вешают, то оно стрельнуть обязано. Вот и оказались всуе упомянуты губернатором благоверный князь Александр Невский и флотоводцы Ф. Ф. Ушаков и Г. А. Спиридов; «повисли в воздухе» князь Пожарский и Минин со своим ополчением; нет в Антологии и статьи о Ярославских губернских ведомостях, а Н. А. Некрасову отведено лишь 4 строчки в страничной статье о его родственниках. (С другой стороны, нормальный редактор издательства обязан был привести в соответствие предисловия и текст. Если, конечно, он своих благодетелей уважает, а не использует.)

Самое невероятное: в губернаторском слове вообще не упоминается… само предваряемое издание, нет даже дежурного оборота «книга, которую вы держите в руках». Зато про форум есть…

Полишинелевым секретом является то, что вся затея с книжным подарком для участников сентябрьского форума могла родиться только в коридорах губернского правительства. Скорее всего, события развивались так. Некто из губернаторской команды решил, что в память о месте проведения форума его участникам надо преподнести что-то печатное.

Поскольку ни одного издания — ни представительских альбомов о нашем крае, ни серьезных и красивых книг — поддержано «областью» не было, стали судорожно искать, что же можно быстро слепить.

Тут как черт из табакерки, наш герой, уже набивший руку в уверениях, что у него готов шедевр. А специалистов, способных оценить и степень готовности, и экономику предложения, и знающих, кого спросить, стоит ли вообще это делать, — таких в Белом доме уже не было, сократили еще в 2008 году. (В России теперь дипломов МБА много стало. Вот «манагеры» и нарекомендовали.) В принципе не столь важно, кто лично преподнес губернатору хвалебную информацию о детище Юрия Юрьевича. (При этом радетель даже не проверил, решены ли, например, вопросы авторского права. В не к ночи помянутой «Хромой лошади» тамошние областные чиновники тоже бывали, и тоже ничего не проверяли.)

Решение было принято. Колесо закрутилось… Волна с Советской площади, и только она, смогла подхватить остальных достойнейших первых лиц нашего края (и еще пустить во властную лодку представителя бизнеса и ректора университета). В их предисловиях «раритету» уже возносятся хвалы: «Издание… — знак уважения и искреннего интереса ярославцев…», «подлинная энциклопедия», «универсальное исследование»… И авторы этих текстов ведь тоже не видели того, чему кадили. Вслепую, авансом — волна от местной властной вертикали несла.

На предисловии А. И. Русакова, уважаемого ректора ЯГУ им. П. Г. Демидова следует задержаться. Дело в том, что именно первые строки текста, им подписанного, безо всяких шуток, напугали меня: к печати готовится еще и многотомная энциклопедия.

Плохо и трудно ВУЗам в нынешней России (А кому легко?), но усугублять-то беды зачем? Сегодня, если кто-либо ответственно и профессионально взялся бы за работу над энциклопедией, вынужден был бы «по вновь открывшимся обстоятельствам» значительную часть статей просто писать заново. Не говоря уж о необходимости серьезного пересмотра самого «Словника», то есть самой концепции энциклопедии. Собственно говоря, именно недопустимость появления на свет осетрины второй свежести и заставила меня взяться за «раритет».

Я вообще не понимаю, какое отношение к этому изданию имеет Демидовский! На чем основано указание университета в надзаголовочной записи титульного листа? Что связывает его с этой книгой кроме факта заведования одной из кафедр университета Ю. Ю. Иерусалимским? Разве она была его служебным заданием? Может, Ученый совет утвердил-рекомендовал ее к публикации? Или хотя бы совет факультета? Наконец, видел ли сие «раритетное» позорище редакционно-издательский отдел (РИО)? (Замечу, что издательская культура многочисленных брошюр и книг Демидовского, прошедших через РИО, недосягаема для подавляющего большинства именующих себя ярославскими издательствами.)

На все эти вопросы ответ один: «Нет». А ведь эти стадии прохождения рукописи для присвоения изданиям вузовского грифа являются общепринятыми. Как правило, есть в каждом институте документ, в котором четко прописывается порядок действий и требования (в качестве примера, навскидку, два провинциальных института: СГМУ и СГПИ).

Александр Ильич написал в своем обращении к читателям: «Многолетние исследования ведущих профессоров и доцентов университета совместно с учеными других вузов… вылились в богатейший труд, имеющий важное теоретическое и научно-практическое значение».

Полно, о каких многолетних исследованиях вообще можно говорить? О тех, которые завершились в прошлом веке и больше десяти лет не ревизовались? Которые были самовольно и полуграмотно усечены Вашим сотрудником?

Слов нет, очень обидно, что огромнейшая и интересная работа пропала. По себе знаю. Но время-то безжалостно, и теперь честно говорить о ее значении можно лишь применительно к самой истории ярославской регионалистики, с благодарностью и уважением вспоминая искренний энтузиазм инициаторов и всех авторов и сожалея об упущенной когда-то возможности…

Искушенние искушенных

Не устаю удивляться я богатству нашего языка. Какое слово ни возьми — сколько возможностей открывается для толкований.

Вот, например: человек, «не имеющий знаний, опыта; несведущий», вполне может быть охарактеризован как «неискушённый».

Уверен, никто не посмеет сказать, что подписавшие предисловия не имеют знаний и опыта — соответственно, человеки они, безусловно, более чем «искушённые». Но где же были их опыт и знания, когда они ввязывались в историю с энциклопедией?

Быть может все дело в том, что в основе этого закавыченного слова, в корне его лежит забытый в повседневной нашей речи религиозный смысл? Тогда «искушенный», вне зависимости от того, имеются ли у него знания и опыт, — просто поддавшийся соблазну, впавший в искус.

За «искушением» стоит искуситель. Помните, кто стоит за древом познания, кто посылает человека на испытания чрез «огонь, воду, трубы медные»? Но не будем демонизировать Юрия Юрьевича, при всем его беспрецедентном напоре. (У меня, критики говорят, напор тоже недюжинный.) Он совсем не искуситель. Да и вообще не в нем дело. Оно в искушенных!

Корпоративная солидарность или всеобщий пофигизм?

Анекдот есть старый:

Подруги обсуждают знакомых мужчин:

— Он такой зануда! Ему легче отдаться, чем пытаться объяснить, почему этого делать не следует.

И хотя мои собеседники, имевшие отношение к энциклопедии, все до одного и практически одинаковыми словами апеллировали именно к особенностям личности «главного редактора», дело-то не в «зануде», а в тех, кто позволил ему себя попользовать…

Многолетнее существование Юрия Юрьевича в ВУЗе явно приучило его пользоваться внешними околонаучными атрибутами: рядом с восьмью научными редакторами разделов на обороте титульного листа значатся

«Рецензенты:

  • зам. декана ист. фак-та МГУ им. М.В. Ломоносова, зав. кафедрой ист. информатики, докт.ист. наук, проф., академик РАЕН Л. И. Бородкин;
  • зам. декана по научной работе ист. фак-та МГУ им. М. В. Ломоносова, докт. ист. наук, проф., академик РАЕН Л. С. Леонова;
  • гл. науч. сотрудник Института всеобщей истории РАН, докт. ист. наук, лауреат премии им. Е. В. Тарле, кавалер ордена Академических Пальм (Франция) П. П. Черкасов;
  • член редколлегии многотомной энциклопедии «Отечественная история», отв. редактор энциклопедии «Общественная мысль России XVIII — начало XX в.», лауреат Гос. премии России, зав. кафедрой истории России МГОУ, докт. ист. наук, проф., академик Академии гуманитарных наук В. В. Журавлев».

(Сколько же у нас теперь академиков? Я знаю около дюжины настоящих ученых, кстати, не естественников, а гуманитариев, платящих членские взносы в РАЕН, но ни одного, кто вышел бы из этой общественной организации после присвоения звания ее почетного академика Р. А. Кадырову.

Про Академию наук гуманитарных — что там, я! — дядя Гугл мало знает.)

В двух приведенных выше ссылках скрупулезно прописана регламентация официального рецензирования в архангельском и ставропольском ВУЗах. На сайте издательства «Грамота»  приведены даже стереотипные стилистические обороты, применяемые в текстах рецензий (чтобы любой мог написать формально необходимую бумажку). О том, чем в идеале научная рецензия должна была бы быть (не формальная, но важная по существу дела) можно посмотреть здесь: "Коммуникативный аспект научной рецензии". Позволю себе высказать дерзкую мысль: и речи с этими четырьмя профессорами не шло о реальном рецензировании опуса. 

«Горю от ума» скоро двести лет: «Ну, как не порадеть родному человечку?» — так ведь не кум и не сват им Юрий Юрьевич. И не о представлении к месту или кресту шла речь. Всего лишь об отечественной истории.

«…когда соглашаешься быть рецензентом издания по региональной истории, берешь на себя определенный риск....» — это написал мне один из рецензентов. Позвольте Вам не позволить! Не риск Вы на себя взяли, а ответственность, а потому Ваше нежелание «возвращаться к вопросу о рецензиях двухлетней давности» — не «пас» в карточной игре, когда противник на взвинчивание ставок пошел. (Хотя и в ней бывают ситуации, когда стоит, рискнув некоторой суммой, сравнять ставку, но зато посмотреть на карты противника. Его действия понимать научишься. Потому, господин профессор, надо было и Вам, и Вашим компаньонам, не подписывать заготовленные авантюристом «рыбы», а посмотреть, не краплеными ли картами он играет.)

По большому счету я еще должен Вас поблагодарить: в отличие от моих ярославских прошлогодних оппонентов Вы в нашей переписке не стали, если продолжать пользоваться карточной терминологией, блефовать. (ВООПик-то пытается отмывать черного кобеля. Всеми доступными методами.) Вы просто уклонились от прямого разговора. Надо сказать, не Вы один.

Я, вообще-то, о свободе выбора пытаюсь сказать, потому и поставил вопросительный знак в заголовке первой главки. Сказать «нет» совсем не трудно, мужества особого для этого не требуется.

А на второй вопрос, в заголовке последней главки, у меня нет ответа. Я ж не настолько находчив, чтоб отрезать: «Она утонула». А ведь, пожалуй, с того ответа началось «вставание с колен» аморализма вертикали, захватившего сегодня, как показала «энци…тология» уже и тех, кого когда-то называли интеллигенцией. 

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе «Авторские колонки»