Временные и исполняющие. Часть 2.

Командовать парадом буду я!

Однако вернемся к нашему Владимиру Витальевичу. В принципе, должность мэра губернской столицы одной из ключевых губерний Центральной России по аппаратной иерархии стоит все-таки повыше главы администрации городского поселения, пусть даже и считающегося «почти Москвой». 

Тем более в той прямо-таки неприличной ситуации, которая сложилась в Ярославле в результате затянувшейся опупеи с местоблюстителями «полувакантного» кресла мэра города. В итоге теперь к городу нашему привлечено особое внимание, в том числе и на уровне федерального руководства, так что есть шанс отличиться и «быть замеченным». Хотя, с другой стороны, возрастают и риски провала, причем не только для нынешнего «полумэра», но и для избравшего его на эту роль Дмитрия Миронова. Очевидно, что еще одного временно исполняющего город попросту не выдержит, а значит, делая ставку на Владимира Слепцова, врио губернатора, в свою очередь, и сам стал в определенной мере заложником собственного выбора, потому как в случае провала отвечать перед президентом придется именно ему.

И вот в таких обстоятельствах вопрос о том, насколько самостоятелен был Дмитрий Миронов в этом своем выборе, приобретает особый интерес. Потому что вольно или невольно, но, сделав выбор в пользу представителя одной из группировок коренной ярославской партхозноменклатуры, пришлый губернатор тем самым оказывается в роли заинтересованного арбитра, который просто вынужден будет этой группировке так или иначе подыгрывать. 

При этом вполне может сложиться и так, что Владимир Слепцов станет тем самым хвостом, который крутит собакой. Именно исходя из понимания того, как учил безвременно ушедший с поста Михаил Сергеевич, что при всем видимом богатстве выбора альтернативы у губернатора в рамках существующего расклада попросту нет: «сменить на переправе» своего избранника Дмитрий Миронов не может в том числе и по причине острого предвыборного цейтнота.

В этой связи довольно пикантно смотрится недавняя отставка самого, пожалуй, «специфического» заместителя Владимира Слепцова: заместителя мэра города Ярославля по вопросам безопасности и взаимодействия с органами власти Алексея Тютрюмова. Человека, который по всем формальным признакам наиболее подходил на роль «смотрящего» в команде исполняющего обязанности ярославского градоначальника. Для Дмитрия Миронова это «почти однополчанин», во всяком случае, подручно переиначивая приписываемое Ф. М. Достоевскому выражение, выходец из одной и той же шинели «железного Феликса». Эдакий чиновник по особым поручениям, прикомандированный к мэрии для осуществления повседневного «внешнего наблюдения» за бурной деятельностью местных столоначальников. То есть, в рамках столь популярной ныне в Ярославле доморощенной конспирологии, персона в общем-то для мэра не вполне подведомственная.
Подслушивать-подглядывать.jpg
Однако проработал на своем ответственном посту Алексей Львович всего каких-то два месяца. После чего приключилась очередная «рокировочка» в команде Владимира Слепцова, который вообще нижних чинов не щадит и свою кадровую политику ведет по принципу фельдмаршала Шереметева из киносказки «Петр Первый»: «Не кручинься, государь, бабы ещё нарожают». 

Кстати, если верить этой легенде, то очень многие из приписывающих эту фразу Шереметеву добавляют, что царь за эти слова от всей души врезал своему фельдмаршалу по морде. Но нынче времена на Руси вегетарианские, а потому никакой реакции со стороны врио губернатора в этом случае, как и в случае прочих «загогулин» в штатном расписании мэрии, не последовало. 

В окружении Дмитрия Миронова подчеркнуто не дают комментариев по поводу кадровой свистопляски в градоначальстве, когда чиновники занимают места в кабинетах на манер пассажиров трамвая - до следующей остановки. Впрочем, сам Владимир Витальевич относится к происходящему вполне хладнокровно: «Мы притираемся друг к другу», - так он комментирует эту «цыганочку с выходом», а вернее, с вылетом из штатного расписания.

Создается впечатление, что в условиях жесточайшего дефицита времени у временно исполняющего обязанности губернатора попросту не остается иного выхода, как предоставить исполняющему обязанности мэра наивозможную в рамках служебного соответствия свободу рук. В уповании на достижение если не реальных достижений, то хотя бы видимости оных. А для этого мэр должен быть постоянно на виду, на слуху, должен фонтанировать все новыми инициативами, не давать обывателю передышки в заботах о его, обывателя, благе. Со своей стороны, губернатор обеспечивает «моральную» поддержку, например, при возможных конфликтах с депутатами муниципалитета. 

Собственно, то, что фигура мэра губернской столицы имеет в нынешней ситуации ключевое значение и для самого врио губернатора, ни для кого никаким открытием не является. А значит и выбор конкретного исполнителя на эту роль был для Дмитрия Миронова делом отнюдь не легким и вряд ли очевидным с самого начала. Если, конечно, выбор этот он делал сам, а не по рекомендации все того же неведомого для широкой публики «орготдела». То есть, в результате тяжелых и продолжительных раздумий Дмитрий Юрьевич пришел к выводу, что именно Владимир Витальевич в наибольшей степени соответствует тем задачам, которые поставлены президентом по наведению порядка в «проблемном» регионе.

Характерно, что при всем том никому, а прежде всего и самому Дмитрию Юрьевичу, даже в голову не пришло не то что «посоветоваться с народом» (хотя бы и в виде более или менее игрушечных, прости господи, «праймериз»), но даже и провести какие-никакие «консультации» с народными избранниками в лице депутатов муниципалитета. Еще более характерно, что и сами «выразители чаяний» муниципального масштаба не то что не возмутились столь демонстративным их игнорированием, но восприняли это как вполне естественную, более того, единственно возможную форму обращения исполнительной власти с представительным, так сказать, органом. Ну, что ж, тот самый случай, когда «по органу и члены». 

Невольно вспоминается цитата из братьев Стругацких: «Сначала со стыдом утерся, потом с недоумением, а там, глядишь, начнешь утираться с достоинством и даже получать от этого процесса удовольствие». И глядя на наших избранников видишь именно вот это удовольствие, которое они получают в процессе отправления своей естественной представительской функции.

Естественно, что сам Владимир Витальевич уверяет, будто звонок Дмитрия Юрьевича с предложением стать ярославским градоначальником явился для него полной неожиданностью. Да и странно было бы ожидать от него чего-то другого. Правда, в рамках такого варианта получается, что у нас не только рядовые граждане лишены права хоть как-то влиять на принятие решений, самым непосредственным образом затрагивающих их повседневную жизнь, но даже и чиновники достаточно высокого уровня пребывают на положении крепостных холопов, служебными карьерами и судьбами которых играют в неких таинственных кабинетах. При этом самого избранника всего лишь ставят в известность о принятом решении.

Так и представляется разговор в добром старом стиле орготдела ЦК КПСС: «Владимир Витальевич, есть мнение предложить вам пост исполняющего обязанности мэра города Ярославля». Что называется, предложение, от которого не отказываются. «Тостуемому» остается поблагодарить за доверие и заверить «тостующего», что отдаст все силы, дабы это высокое доверие оправдать. 

В принципе, приглашение только что назначенного лично президентом врио губернатора следует рассматривать как признание очевидных административных успехов, достигнутых Владимиром Слепцовым за столь непродолжительный срок его деятельности в кресле химкинского градоправителя. Хотя в основном в Химках кратковременный мэр запомнился разве что небывалыми в истории округа расходами на новогодние праздники и победоносной кампанией за изменение устава города так, чтобы свести к минимуму попытки депутатов контролировать деятельность мэрии.

Что интересно, и в Ярославле Владимир Витальевич не замедлил с дискуссией вокруг устава. Причем центральным пунктом этой дискуссии стал вопрос о том обязательном наборе достоинств, которым необходимо обладать любому страждущему стать кандидатом в городничие. Правда поначалу депутаты чуть было не вышли за пределы отведенного им по сценарию лимита самостоятельности, но быстро одумались, почуяв ту самую твердую руку, от которой успели отвыкнуть со времен Виктора Волончунаса. В результате, предпочли расслабиться и получить если не удовольствие, то хотя бы заверения в дальнейшем плодотворном сотрудничестве. 

Стало очевидно, что новый градоначальник обладает весьма четкими представлениями о роли личности мэра в системе управления городским хозяйством и намерен достаточно последовательно проводить их в жизнь. И ничего удивительного в том, что представления эти сводятся к лаконичной формуле: в городе должен быть хозяин, и этим хозяином буду я. 
Командовать парадом.jpg
В рамках данной «идеологемы» город переводится на столь популярное в нынешней России ручное управление, когда вышепомянутый хозяин не только лично определяет единые образцы мусорных контейнеров, наружной рекламы и остановок муниципального транспорта, но даже и обязательную длину юбок женского персонала мэрии и покрой штанов у мужского. 

«Подчиненный должен быть робок и постоянно трепетен», - со времен гоголевского Акакия Акакиевича и последующих героев Александра Николаевича Островского идеал любого российского начальника особых изменений не претерпел. Как учил государь император Петр Алексеевич: «Подчинённый перед лицом начальствующим должен иметь вид лихой и придурковатый! Дабы не смущать начальство разумением своим». 

Ну, «разумением» сотрудников начальство у нас отродясь не смущалось, потому как исконный принцип «я начальник, ты - дурак» и по сегодняшний день лежит в основе нашей деловой этики. В итоге, руководство наше озабочивается более поддающимися контролю внешними данными подведомственного персонала. И впрямь, от короткой юбки недалеко и до вольнодумства. Опять же, трудно сосредоточиться, когда в ответственных кабинетах руководящего учреждения провода оголены по самую розетку.

И это не анекдот, но именно осознанно выбранный стиль управления. В этой связи можно упомянуть одно из интервью Владимира Витальевича, где он с нескрываемой гордостью говорит: «У меня главы районов сейчас сами показывают дорожникам, как правильно чистить тротуары». При этом исполняющий обязанности градоначальника искренне полагает, что уж глава-то района лучше всякого дорожника знает, «как правильно чистить тротуары». В изложении самого Владимира Витальевича это выглядит так: «Вот и приходится главе лезть в трактор и самому контролировать весь процесс». Всегда вот, что называется, по-человечески любопытно, что думает (про себя, конечно) о такого рода мастер-классах профессионального мастерства тот самый тракторист, которого во исполнение указания градоначальника согнали с трактора, чтобы показать «как надо»…
Слепцов_Показывают пример.jpg
Естественно, что в подобной системе координат сам мэр и вовсе является мастером на все руки, который может и сантехнику показать, в какую сторону гайку заворачивать, и депутату указать, как тому голосовать следует в целях дальнейшего повышения и всемерного улучшения.

Как-то сами собой на память приходят времена неудобозабываемые, когда в обычае руководства было доярок учить правильно доить, писателей правильно писать, а киношников снимать правильные в художественно-идеологическом отношении фильмы. 

Кстати, естественным следствием подобного стиля руководства всегда является то, что тротуары, не подвергшиеся личному вниманию оч. умелого главы администрации, остаются нечищенными. Потому как даже самый энергичный руководитель не сможет залезть во все тракторы сразу и не сможет «лично проконтролировать» уборку каждого тротуара в городе с шестисоттысячным населением. 

Вообще, от некоторых столь неординарных проявлений активности нового градоправителя приходят почему-то на память страницы книги известного знатока нравов времен достопамятных М. И. Пыляева «Замечательные чудаки и оригиналы». В частности, вот как описывал он то, как граф А. А. Аракчее упорядочивал пожалованное ему имение Грузино: «В числе странностей Аракчеева была какая-то во всем азартная поспешность, а затем - ранжир. Он не только людей, но и природу подчинял своему деспотизму. Когда Грузинское имение поступило к нему, то равнять и стричь было главною его заботою: ни одно дерево в саду, по дороге и деревням не смело расти выше и гуще назначенного ему Аракчеевым; сад и все деревья в имении стриглись по мерке. Деревни все он вытянул в прямую линию, и если случалось по необходимости сделать поворот, то он шел или под прямым углом или правильным полукругом…».

Впрочем, курьезная эта подробность не создала никаких затруднений при формальном утверждении кандидатуры губернаторского выдвиженца на муниципалитете. Более того, создалось впечатление, будто депутаты так рады были случаю изъявить свою полнейшую лояльность первому в истории постсоветской Ярославии губернатору со стороны, что предложи он утвердить Владимира Витальевича на ставший в это же время вакантным трон королевства Таиланд, так и в этом не встретил бы никаких возражений со стороны народных избранников.

Да и в целом первые сто дней президентского назначенца в губернии ознаменованы не просто подчеркнуто лояльным отношением к нему местной партхозноменклатуры, но своего рода даже благоговением к каждому высказыванию Дмитрия Юрьевича, к каждому его решению по кадровому и прочим вопросам. 

Скажем, представители оппозиционных фракций в муниципалитете всячески демонстрируют лояльность в отношении ниспосланного им мэра. Даже тогда, когда действия Владимира Слепцова, мягко говоря, могли бы вызвать вопросы. Но вопросов не вызывают. Такой конструктивный настрой вчера еще непримиримых по отношению к руководству мэрии депутатов от оппозиции не может не радовать. 

Даже пассионарная «патриотка России» Вера Никольская призвала не докучать мэру по разного рода мелочам, вроде «портретного скандала». А лидер эсеров Анатолий Каширин и вовсе выступил адвокатом «неоднозначных» кадровых кульбитов исполняющего обязанности мэра, когда чиновников меняют с легкостью необыкновенной: ««У руководителя определенные требования, которым, видимо, соответствуют не все. Но те, кто сможет работать в команде Слепцова — у них все пойдет нормально. Вероятно, и в будущем нас ждут новые отставки и назначения».
Каширин.jpg
И уж вовсе не может не вызвать чувства глубокого умиления следующий пассаж Анатолия Анатольевича: «Судить о правильности этих решений мы будем по конечному результату. Но я встречался с Владимиром Слепцовым и считаю, что люди пришли с целью не воровать, а делать дело». Ну, наконец-то!

Правда, становится любопытно, следует ли эти слова понимать так, что все предыдущие «люди», управлявшие Ярославлем, приходили с целью противоположной, то есть не «дело делать», а воровать? А депутаты муниципалитета, в том числе и уважаемый Анатолий Анатольевич, при сем присутствовали? Впрочем, вряд ли один из лидеров муниципальной оппозиции намекает именно на такой вариант. Скорее всего, наша оппозиция продолжает праздновать оттеснение от городского кормила прежнего исполнявшего обязанности Алексея Малютина, для низложения которого они сделали даже больше того, что от них ожидали. 

Особенно наглядно более чем лояльное отношение представительной власти к новому руководству региона проявилась в ходе довольно странного «казуса с портретами», который произвел целую бурю в губернском стакане воды и даже стал поводом для весьма неоднозначных оргвыводов в самом что ни есть ближнем административном кругу Владимира Слецова. 

При этом с самого начала было очевидно, что не пробывший и месяца на посту директора образования мэрии Ярославля Андрей Кальсин отнюдь не являлся главным персонажем разыгранной буффонады. Поскольку разве что совсем уж наивный человек мог поверить, будто данный ответственный чиновник и отнюдь не новичок в административном террариуме способен эдак вот с бухты-барахты решиться на заведомо «резонансную» инициативу по обустройству иконостасов губернского руководства в подведомственных воспитательно-образовательных учреждениях без предварительного согласования с непосредственным руководителем.

Правда, состав новой ярославской руководящей «троицы», призванной воспитывать в детсадовских малышах чувства благодарности за счастливое детство, не мог не вызвать соответствующих комментариев. Потому как третьим в компании губернских «образов» стал сам инициатор почина Андрей Кальсин. Антон Антонович Сквозник-Дмухановский аккурат по поводу такого рода инициатив подносил кулак к носу зарвавшегося подчиненного: «Не по чину берешь!». 
Начальство надо знать в лицо!.jpg
Однако в наших специфических условиях именно сие номенклатурное самозванство в конечном счете оказалось весьма разумной мерой, поскольку позволило руководству, в первую очередь областному, проявить себя во всем блеске аппаратного искусства. Все исправно отыграли отведенные роли. Сначала врио губернатора в самых нелицеприятных выражениях выразил свое отношение к подобным «фельетонным мероприятиям и даже поручил «принять организационные и кадровые решения». После чего уже исполняющий обязанности мэра еще более непримиримо отнесся к неуместной инициативе своего подчиненного: «Иногда инициативность граничит с абсурдом, а исполнительность с глупостью. И сейчас как раз такой случай. Я категорически против портретов в детских садах. В отношении Андрея Кальсина сделаны организационные выводы».

Лишний раз подтвердилась старая истина, что умение предохраняться не только в любви, но и в аппаратных играх может спасти от нежелательных последствий. Вот и на этот раз именно присутствие в «триптихе» Андрея Кальсина позволило, с одной стороны, быстро назначить виновного в неприличном анекдоте, а с другой, явить населению пример нетерпимого отношения к любым проявлениям чиновного волюнтаризма и бюрократического чванства.

Вообще-то в странах «цивилизованных» принято, что ответственность за такого рода «казусы» берет на себя непосредственный руководитель. Но у наших, как известно, демократия сугубо суверенная. Посему начальники у нас амбразуры собой затыкать не приучены, а напротив, всегда имеют под рукой подходящее тело, которое при всякого рода нежелательных «осложнениях» и подвергают показательной экзекуции вплоть до оргвыводов…


(Окончание следует)
Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе «Авторские колонки»