Комедия масок

Эпический поход Майкла Макфола, посла США в Российской Федерации, в гости к своему другу Льву Пономарёву, во время которого на посла внезапно из засады с неприличными вопросами напали варвары-журналисты телекомпании НТВ, наверное, займёт свой абзац в истории дипломатических отношений. Этот инцидент вообще заслуживает отдельного разговора. Но сейчас хотелось бы сказать только об одном моменте.

Вот в кадре наглые журналисты продолжают терзать посла обычными вопросами: «О чём вы говорили с Борисом Немцовым?». Посол начинает устало перечислять, уже не отвечая серьёзно, а просто пытаясь стряхнуть с себя всю эту свору с микрофонами. В его голосе чувствуется раздражение: «Я писал об этом. Пожалуйста, читайте “Московский комсомолец”. Вы получаете? Читаете? Я всё написал».

Это, по-моему, ярчайший момент взаимного непонимания. Господину Макфолу представляется, что уж он-то открыт и прозрачен настолько, насколько вообще возможно для дипломата. Он ведёт блог в «Живом Журнале» — там в комментариях резвились разные ехидные типы, никто их не останавливал. У посла есть твиттер. Было дано часовое интервью Познеру на Первом канале. И, наконец, опубликован тот самый большой материал в «Московском Комсомольце», о котором господин Макфол упомянул у входа в офис Льва Пономарёва.

Чего ещё надо? Ведь господин посол уже двадцать раз ответил на самый горячий вопрос сезона: финансируют ли Соединённые Штаты деятельность российской оппозиции. Ответ категоричный: нет! Зачем задавать этот вопрос в разных вариациях вновь и вновь? Конечно, это напоминает преследование и даже травлю. Как это соотносится с Венской конвенцией о дипломатических сношениях, действующей аж с 1964 года?

Русский перевод конвенции доступен на сайте ООН. При его внимательном изучении становится понятно, что там ни слова не сказано о порядке общения прессы с послами. Сказано лишь, что «личность дипломатического агента неприкосновенна; он не подлежит аресту или задержанию в какой бы то ни было форме; государство пребывания обязано относится к нему с должным уважением и принимать все надлежащие меры для предупреждения каких-либо посягательств на его личность, свободу или достоинство» (статья 29). Журналисты посла никак не оскорбляли, не посягали ни на его личность, ни на его свободу, а вот можно ли считать дурную назойливость угрозой достоинству — вопрос интересный. То есть, возможны трактовки.

Зато в той же Венской конвенции чётко и ясно сказано, что лица, пользующиеся дипломатическими привилегиями и иммунитетами, обязаны не вмешиваться во внутренние дела государства пребывания (статья 41). Иными словами, как бы ни обстояло дело с финансированием оппозиции при посредничестве посольства де-факто, де-юре посол не может этого признать, иначе он сам окажется нарушителем конвенции. Тут-то и зарыта целая собака Баскервилей.

Взять того же Льва Александровича Пономарёва, личного друга господина Макфола, с которым господин Макфол с момента вступления в должность встречался уже несколько раз. Во всех биографических справках указано, что Лев Александрович — правозащитник, основал и возглавляет общероссийское движение «За права человека». На сайте движения указано, что единственный источник его финансирования — добровольные пожертвования от организаций и частных лиц. Указаны счета, но на сайте не видно ни одного финансового отчёта. Сколько получено, из каких источников, на какие цели направлены средства, каковы результаты работы пожертвований — туман. В сети можно найти данные, согласно которым движение Пономарёва получало финансирование из разных зарубженых фондов, в том числе и непосредственно от госдепартамента США. К примеру, американский фонд NationalEndowmentforDemocracy(NED) в 2009 году выделил этому движению грант в $75 000. Да этого никто и не скрывает особо. Ведь тот же господин Макфол в «Московском Комсомольце» прямо говорит о том, что Обама собирается предоставить 50 миллионов долларов в виде дара новому фонду гражданского общества: «это позволит ежегодно выделять 2–3 миллиона долларов на поддержку внепартийных НКО».

Всё бы хорошо, да только вот тот же Лев Пономарёв занимается не одной лишь правозащитной деятельностью. Одновременно он является и одним из руководителей движения «Солидарность». А это уже политическое оппозиционное движение.

Что же получается? А получается, что господин Макфол сообщает нам следующее: мы финансировали и будем финансировать замечательного правозащитника Льва Пономарёва. В целях развития гражданского общества. Но мы ни цента не даём и никогда не дадим политику и оппозиционному деятелю Льву Пономарёву! Ведь это было бы вмешательством во внутренние дела! Как можно!? Мы этим не занимаемся! Ни-ни-ни-ни-ни!

Понятно, что фамилию Пономарёва тут можно заменить на любую другую, подходящую под образ правозащитного доктора Джекилла и смутьяна мистера Хайда.

Когда с тобой начинают разговаривать на таком языке, начинаешь испытывать смущение. Понятно, что тебя держат за идиота, но непонятно, почему от тебя ждут, что ты тоже включишься в эту игру и начнёшь идиота из себя изображать. Чем-то это похоже на известную цитату: «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина!».

Само собой, у правительства США сильнейшие юридические службы. Перед нами великая держава юристов — там на юридической казуистике поколения воспитаны. Это даёт свои преимущества, чего уж говорить. Закон есть закон. Но у России пока другая ментальная карта. И если король голый, то ему сообщат об этом сразу, несмотря на железобетонные документы, подтверждающие обратное. Пока у нас плохо умеют играть во все эти игры.

Отсюда и непонимание. Господин Макфол назвал страну «дикой», но сказать он, наверное, хотел следующее: «Тупицы! Вот же документы! По документам всё правильно. Я ответил на вопросы. Чего ещё надо?».

А не надо ничего. Сейчас посла воспринимают не как дипломата, а как члена одной из команд, и обращаются с ним соответствующе. Игры-то у нас неприглядные, кривить душой не станем. Но посол, к сожалению, сам сделал всё, чтобы его воспринимали именно так.

И тут уже появляются прямые претензии к нашим законодателям. Политическая жизнь в стране активизировалась, но это уродливая жизнь. Никаких законодательных рамок не существует. Положение статусов не определено. Ведь это не статусы в фейсбуке, от бесконечного обновления которых никому ни холодно, ни жарко.

Сегодня журналист, который выходит на митинг в качестве политического активиста, а потом, нарушив все правила, прикрывается корочками с надписью «Пресса», большой молодец и умница. «Смотрите, какой я хитрый». Сам (иногда в государственной прессе) агитирую за выход на митинг, сам туда выхожу, митингую, прикрываюсь иммунитетом журналиста, потом сам же отрабатываю созданный мною же информационный повод. Не здорово ли? И жнец, и швец, и на дуде игрец.

Или другой Пономарёв, Илья, — депутат, который заявлял, что пятого марта на Пушкинской продолжается не митинг, а «встреча с депутатом»? Это взрослое поведение солидного человека? Вот эти тупые напёрстки? Попытки растянуть собственный иммунитет на весь праздник жизни? И потом эти люди предъявляют претензии чиновникам, пользующимся после работы своим положением в личных целях?

Мы действительно останемся диковатой страной, если наше законодательство не начнет чётко прописывать роли действующих в политической жизни страны персонажей. Что можно, что нельзя. Где ты правозащитник, а где ты активист. При каких обстоятельствах у тебя отбирают лицензию, аккредитацию, снимают твою неприкосновенность.

Люди могут получать финансирование из западных фондов? Да? Отстаньте от них тогда. Нет? Пропишите это прямо. Не всегда? Создайте перечень пунктов. Мы живём не в безвоздушном пространстве, в международных отношениях одной моралью сыт не будешь. Да и во внутренней политической жизни тоже. Если уж король голый, пусть он и по документам будет голый. Комедию масок пора заканчивать. Не смешно.

источник

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе