Из российского политического тумана возникает ключ к разгадке ("The Financial Times", Великобритания)

Прошлая неделя оказалась интригующей для кремлеведов. Российский президент Дмитрий Медведев заявил корреспондентам Financial Times, что хочет видеть в парламенте либеральные партии – а затем власти запретили ведущей либеральной партии оппозиции участвовать в предстоящих выборах. Он предложил свернуть некоторые элементы политики своего предшественника Владимира Путина – а затем Путин назвал эту политику «нашей общей программой».
На фоне этих закодированных и порой противоречивых сигналов стоит главный вопрос, вызывающий волнение у инвесторов, но так и не нашедший ответа: кто будет президентом после выборов в будущем году – Путин или Медведев. Но по крайней мере, сейчас появляются общие контуры того, как могут пройти декабрьские парламентские и мартовские президентские выборы.

Один вывод заключается в том, что какими бы ни были разногласия между этими людьми, серьезного раскола между ними нет. Когда Медведев предложил со временем провести либерализацию российской экономики, которой управляет Кремль, Путин сказал, что никогда не считал вечной ту централизацию, которая была осуществлена во время его президентства.

Это говорит о том, что два руководителя сегодня соглашаются с необходимостью реформ трещащей по швам российской экономики, хотя между ними могут существовать разногласия по поводу их деталей и темпов проведения. Кроме того,  это может свидетельствовать о том, что программа Медведева менее смелая и либеральная, чем он пытается показать.

В частности, в политической сфере руководство действительно планирует ввести некоторые элементы конкуренции, которая, однако, должна быть ограниченной и тщательно контролируемой. Это некий тычок в бок знаменитой российской «управляемой демократии», которая сегодня состоит из четырех партий, «утвержденных» Кремлем, поскольку сейчас появляется партия правоцентристского толка.

С одной стороны, главная прокремлевская партия «Единая Россия», господствующая в парламенте со своими двумя третями голосов, перемещается из центра немного влево. Председатель партии Владимир Путин, который на самом деле членом партии не является  и партийного билета не имеет, также смещается в левом направлении. Он в этом месяце выступил с обращением к Международной организации труда и посещал больницы, где много фотографировался.

Когда рейтинги «Единой России» упали ниже 50%, Путин укрепил позиции этой партии, создав вокруг нее «народный фронт», предназначенный для повышения ее привлекательности.

Но одновременно  Кремль создает новую, выступающую за рынок правоцентристскую партию «Правое дело», которая базируется на остатках либеральной партии из 1990-х годов. Совершенно очевидно, что Кремль намерен мобилизовать свои ресурсы и провести эту партию в парламент.

У штурвала «Правого дела» поставили Михаила Прохорова, которого журнал Forbes назвал третьим по размерам состояния человеком в России. В субботу съезд партии единогласно избрал Прохорова лидером.

Некоторые близкие к Медведеву люди выражают этому поддержку. Советник президента по экономике Аркадий Дворкович в эти выходные написал в Твиттере, что многие взгляды Прохорова совпадают с его собственными.

На прошлой неделе Министерство юстиции отказалось регистрировать либеральную партию, действующую за пределами одобренной Кремлем сферы. Похоже, цель такого решения не дать ей отнять голоса у поддержанного Кремлем проекта.

Наряду с этим Медведев решил понизить избирательный порог прохождения мелких партий в парламент, хотя произойти это может не ранее 2016 года.

Следовательно, в итоге декабрьских выборов появится не одна, а две пользующиеся кремлевской поддержкой партии, которые в совокупности получат примерно 60% голосов. Один российский политолог предполагает, что после этого две партии могут даже сформировать альянс или коалицию.

В рамках такого сценария «Правое дело» будет реформаторской партией, привлекающей к себе бизнес и городской средний класс. «Единая Россия» будет обещать массам социальную защиту, которой они были лишены в прошлый раз, когда Россия в 1990-е годы проводила рыночные реформы.

Есть и более интригующая теория. Согласно ей, в зависимости от меры успеха «Правого дела» на выборах, Медведев может стать его сподвижником или даже сделать эту партию своей политической базой. Специалист по российской политике Ольга Крыштановская отмечает, что последние заявления президента по духу очень близки к идеям «Правого дела».

Отвечая на вопрос Moscow News о том, может ли такое произойти, Медведев сказал, что «рано или поздно» он действительно возглавит какую-нибудь партию. Правда, президент не сказал, какую именно.

Аналитики говорят о возможности различных перестановок и изменений. Путин может снова баллотироваться в президенты как кандидат от «Единой России», а потом назначить Медведева премьер-министром, выдав ему конкретный мандат на проведение модернизации. Либо же Путин может поддержать Медведева как совместного кандидата на президентский пост от двух партий.

Но планы «Правого дела» это еще большой вопрос. Совершенно непонятно, как поведет себя российский средний класс, который, согласно результатам опросов, все больше недоволен существующей системой. Понравится ли ему то, что вместо одной опирающейся на Кремль  партии страной будут руководить две? Также непонятно, пойдут ли эти партии на соперничество, которое окажется более настоящим, чем того хочет Кремль.

Нил Бакли (Neil Buckley)

ИноСМИ
Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе