Был кесарь я, теперь — Юстиниан

В 6-й песни «Рая» порфироносный кодификатор римского права говорит о своих трудах: «Я, Первою Любовью вдохновленный, // В законах всякий устранил изъян». Сегодня законодателя постигло сходное вдохновение — во всяком случае, число устрожающих новелл, принятых за последние два месяца, весьма впечатляет, а задел на осеннюю думскую сессию впечатляет не менее.

Если под изъяном в законах разуметь недостаток карательных норм на самые разнообразные случаи, скоро все изъяны будут бесповоротно устранены. Если считать достоинством закона его логичность и системность — за что и похваляют кодификаторов, а изъяном — отсутствие этих качеств, то здесь до Устиньяна-царя законодателю весьма далеко.

Беседа президента РФ В. В. Путина с официальными правозащитниками тут является весьма показательной. Председатель Совета по правам человека проф. М. А. Федотов в связи с рекриминализацией клеветы указывает В. В. Путину, что если речь идет об умножении денежных штрафов, эту проблему можно решить и через КоАП, не касаясь УК. Чем подводит президента к одной из насущнейших проблем карательного законодательства — где грань между нарушениями, наказуемыми административно и наказуемыми уголовно? Тут между кодексами обширная серая зона, и удобопонятных критериев для отнесения деяния туда или сюда не наблюдается. Отсюда и разные казусы, порой скандальные. Ответа профессор не получил, а жаль.

Уполномоченный по правам человека В. П. Лукин заходит с другой стороны, отмечая, что «доказательство клеветы очень сложное, потому что туда входит принцип преднамеренности, его наказывать очень тяжело, ведь клевета — это когда человек знает, что это неправда, и говорит такую вещь. А это очень труднодоказуемо, и часто люди ошибаются». На это следует ответ: «Я легко парирую ваш тезис. Сложности доказывания не являются основанием для того, чтобы вообще не формулировать эти правила поведения в УК. Это проблема другого порядка — процессуального, а не сущностного».

Легкость парирования тут кажущаяся. Если есть практически непреодолимая трудность с доказыванием наличия субъективной стороны деяния, но это наличие является квалифицирующим для уголовной статьи, то это проблема не только процессуальная, но и сущностная. В противном случае ничто не мешало бы криминализировать нечистые помыслы, а равно и черноту души. Ведь доказывания наличия — всего лишь процессуальная проблема.

Воззрения оппонентов законодателя не менее показательны в своей странности. Прежде всего заметим, что ст. 129 («Клевета») существовала в УК с момента его принятия, т. е. 15 лет, из них 11 лет — путинских (Е. М. Альбац еще в 1999 г. собиралась на Колыму) и никакого мартиролога не породила. Отмена статьи в ноябре 2011 г. не породила в публике вообще никакой реакции, хотя, казалось бы, как не радоваться отмене столь зловещей статьи. И только в июле с. г. выяснилось, что реанимируемая 129-я есть страшный тоталитаризм. С другой стороны, все эти отважные журналисты более десяти лет не смели и пикнуть против супругов Батуриных, хотя супруги сроду не пользовались ст. 129 УК, вполне довольствуясь ст. 152 ГК («Защита чести, достоинства etc.»). Если не тогда (при Лужкове было страшно), то где сейчас крики про тоталитарную ст. 152 ГК РФ?

Разумеется, у киберактивиста максимальная глубина оперативной, а равно и долгосрочной памяти — три дня. У самых продвинутых — неделя. Но если аргументация рассчитана исключительно на тех, кому что кивнуть, что подмигнуть — все едино, то и цена этой аргументации соответственная.

Более того. Во всем этом «Тамо седохом и плакахом, внегда помянути нам Сиона» ни разу не встретился действительно заслуживающий внимания аргумент насчет пульсации указов: «В преступлениях по всей стране замечалось удивительное единодушие и единообразие. То вся страна кишела только насильниками, то — только убийцами, то — самогонщиками, чутко отзываясь на последний правительственный указ. Именно то преступление и всплескивало тотчас же повсюду, которое только что было предусмотрено и устрожено мудрым законодательством». Такого рода опасение было бы еще доходчиво, хотя, с другой стороны, будем справедливы, такой карательной пульсации при последних устрожениях не наблюдалось — где бесчисленные жертвы июньских поправок в КоАП, трактующих проведение массовых мероприятий? Тем не менее это было бы понятное опасение, но даже до него, напрашивающегося, не сумели додуматься.

Но это частности, а общее то, что в шумной критике отсутствовали системные воззрения на ту же клевету. Существует ли она вообще в природе? Если да, то кто может быть субъектом клеветы? Что с таким деянием делать? Если N. неосновательно заявляет, что Z. живет с сестрой и убил отца, то на N. надо просто плюнуть, чтобы не мараться, или вчинять гражданский иск, или административный, или уголовный? К тому присовокупляется реальная проблема большого несовершенства наших судов. Вводить какую-то, возможно, даже и назревшую карательную новеллу только после приведения правоохранительной системы в порядок, а пока воздерживаться? Или до наведения порядка в судах вообще приостановить действие УК? Это уже не говоря о помянутом выше разграничении между УК, КоАП и ГК.

Опять же надо держать в голове, что законодатель всегда обязан вычерчивать среднюю линию. Чрезмерная суровость приводит к тому, что нарушитель начинает исходить из принципа «Семь бед — один ответ», чрезмерная снисходительность, в свою очередь, пробуждает демонов мести.

Все это к тому, что наступившая разгерметизация (© ув. В. Ю. Сурков) быстро продемонстрировала крайнюю бессистемность и УК, и УПК, и КоАП, которые были латаны и перелатаны до окончательной невнятности. Реформа их — вплоть до составления новых, на что-то похожих кодексов — дело самое насущное. Но при этом, к несчастью, что власти, что оппозиционеры до такой степени не снабжены здравым смыслом юридическим, сим исчадьем сатаны, а равно и минимальным системным мышлением, что какой-то логичной и удобопонятной концепции ждать не приходится. С такими Устиньянами устранения изъянов ждать придется долго.

Максим Соколов

Эксперт

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе