23.X — 29.X

Макиавеллисты XVI и XXI веков. — Слышен на Рейне голос Москвы. — Who is this / Who are you. — Терситы и 282-я. — Терем-теремок. — Песков, усмиряющий свадьбу. — Легенда о Великом Инструкторе.

Желая показать кн. Никите Романычу Серебряному преимущества премудроковарного домостроительства, Борис Феодорыч Годунов задал ему воспрос: «Что б ты сделал, кабы примерно сорок воров стали при тебе резать безвинного?» Князь отвечал: «А хватил бы саблею по всем по сорока и стал бы крошить их, доколе б души Богу не отдал!», на что Годунов предложил альтернативу: «И отдал бы душу, Никита Романыч, на пятом, много на десятом воре; а достальные все-таки б зарезали безвинного. Нет; лучше не трогать их, князь; а как станут они обдирать убитого, тогда крикнуть, что Степка-де взял на себя более Мишки, так они и сами друг друга перережут!»


При всей логической убедительности речей Годунова, построенных на принципе меньшего зла, они были неприемлемы для великодушного князя. С развитием политических технологий выяснилось однако, что для достижения итогового эффекта совсем необязательно попускать гибель невинной христианской души, но достаточно неуклонно продвигаться к свободе и демократии, а чаемый эффект сам приложится. Произведя в Москве зарю свободы, макиавеллические работники АП РФ в том немедленно убедились. Более того: выяснилось, что нет даже надобности в провокационных криках насчет Степки и Мишки.

Эксперимент начался с того, что видя рассвет на Москве-реке, расположенный на Рейне-реке Страсбургский суд решил просоответствовать и принял решение в пользу организаторов содомского парада в столице нашей Родины. Штатный организатор парада Н. А. Алексеев торжествовал победу, когда председатель Московской Хельсинской группы Л. М. Алексеева подпустила ему желчи в праздничный мед, указав, что Страсбургскому суду правильнее было поощрить не только содомские, но и всяческие другие парады, а так решение выглядит несколько однобоким. В ответ на то организатор Алексеев внезапно уподобился своему былому антагонисту Ю. М. Лужкову и с гневными восклицаниями «Разорю!» и «Не потерплю!» объявил, что подает на однофамилицу в суд, хотя предмет иска и природа ущерба, нанесенного ему правозащитницей, не всем были ясны.

Ход был передан ветерану правозащиты, и та не обманула ожиданий, в интервью газете The Moscow Times произнеся: «Who is this Alexeyev to be suing me?» Тут очевидно сказалось дипломатическое влияние МИД РФ. Согласно апокрифу, два года назад в ходе оживленной дискуссии наш министр С. В. Лавров заметил своему британскому коллеге Д. Милибэнду: «Who are you to fucking lecture me?» Тем не менее в подражании министру председатель МХГ допустила ошибку. С. В. Лавров подвергал сомнению учительные права Милибэнда, эксплицитным образом и вправду нигде не прописанные, тогда как право граждан на подачу исков прописано вполне. При этом в праве РФ нет нормы ни о заведомых ябедниках, иски от которых ничтожны и не принимаются, ни об иммунитете правозащитников по гражданским искам. Казалось бы, просвещенный либерал в таких случаях должен бы, не задействуя кору головного мозга, на одних спинномозговых рефлексах отвечать: «Мне не вполне понятны претензии г-на N, но если он считает это нужным, он, безусловно, вправе подавать в суд». Вместо того правозащитница впала в гордыню и теперь сама опасно ходит близ любимой ею 282?й статьи, предусматривающей санкцию за разжигание ненависти к социальной группе презрительных Терситов.

Данная социальная группа весьма активна. Не успела Л. М. Алексеева отбиться от презрительного Н. А. Алексеева, как тут же явился не менее презрительный Э. В. Лимонов, критикующий правозащитницу за отступление от принципов «Стратегии-31» совершенно в образах песни про то, как «ты зашухерила всю нашу малину». Часть соратников называет соглашение Л. М. Алексеевой с властями о занятии Триумфальной площади «мюнхенским сговором», отводя ей таким образом роль Чемберлена, сам же Э. В. Лимонов изобразил происходящее более ярко и выпукло: «Идет война, представьте, идут, зубы сжаты, суровые лица, толпа идет на штурм крепости. Бастилии какой-нибудь… Тут протиснулась вперед Алексеева и кричит, указывая на небольшой такой неказистый сарайчик: «Давайте займем сарайчик! Нам дали разрешение на занятие сарайчика!»

Образ выстроен по всем правилам поэтического искусства. С одной стороны, ощеривщаяся смертоносными жерлами зловещая Бастилия, с другой — небольшой терем-теремок, песочница, где детские грибочки. «Уж поздно, путник молодой. Укройся в терем наш отрадный». Однако поскольку и теремок, и страшная крепость суть лишь мечта, фантазия, ничто не препятствует последовать замыслу Л. М. Алексеевой, ассимилировав одну фантазию в другую. т. е. указав, что теремок с детскими грибочками — это и есть Бастилия, к всеобщему удовольствию провозгласить победу над тиранией.

Таковы великие и богатые радости, проистекающие от свободы и демократии, но предаваясь им, не следует забывать о чувстве меры. Между тем это чувство начало сильно изменять пресс-службе премьер министра РФ, каковая взялась достойно и наивно опровергать все открытия, делаемые блоггерами касательно В. В. Путина. Пресс-секретарь т. Песков уже опровергал открытия блоггеров касательно семейных обстоятельств В. В. Путина, затем касательно состояния его ланит, и сложно даже помыслить, что ему придется опровергать в следующий раз. Ведь следует помнить, что блогосфера так же неисчерпаема, как и атом, и потому осознавать, что вступать в прю со столь неисчерпаемым феноменом — это как пытаться разумными речами в одиночку усмирить весьма многочисленную собачью свадьбу. Прп. Серафим Саровский словом любви приручил одиночного медведя, но о приручении преподобным собачьей свадьбы не сообщал даже чиновник Мотовилов. Согласно древнему баснословию, на такое усмирение блогосферы был способен Орфей, но нет уверенности, что именно он под именем т. Пескова состоит в пресс-службе Белого дома.

Куда более твердо предлагает обращаться с блогосферой брошенный на идеологию глава политического департамента партии «Единая Россия» А. В. Чадаев. Он предлагает вообще официально запретить (сравни с нынешним неофициальным поощрением, чтобы понять смелость) важным государственным мужам вести электрические дневники. Ссылаясь на авторитет Великого Инквизитора, инструктор по идеологии отмечает, что всякая власть покоится на чуде, тайне и авторитете, тогда как интернет-дневники значительных особ представляют собой деконструкцию чуда, тайны и авторитета, в связи с чем не могут быть терпимы.

В принципе нечто в этом роде можно было бы выразить даже и без обращения к мрачному гению, задавшись вопросом в духе А. С. Пушкина: «Охота тебе видеть руководителя субъекта федерации на судне?» Но тут есть опасность, что тут же раздастся тысячеустый хор охотников: «Просим! Просим!» Поэтому вопрос был поднят на принципиальную высоту, предполагающую строгое различение управляемых и управляющих по отношению к электрическому интернету. Первым, т. е. хипстерам, они же петиметры с ипадами от С. Джобса, погружение в блогосферу будет не только не возбранено, но даже и прямо предписано: «Они будут расслабленно трепетать гнева нашего, умы их оробеют, глаза их станут слезоточивы, как у детей и женщин, но столь же легко будут переходить они по нашему мановению к веселью и смеху, светлой радости и счастливой детской песенке… В свободные от труда часы мы устроим им жизнь как детскую игру, с детскими песнями, хором, с невинными плясками. О, мы разрешим им и грех, они слабы и бессильны, и они будут любить нас как дети за то, что мы им позволим грешить».

Совсем иной будет жизнь Великого Инструктора А. В. Чадаева, а равно и сотрудников Святейшей Инструкции Д. А. Медведева, Д. В. Зеленина, А. В. Дворковича etc. Им невинно резвая блогосфера на судне будет строго возбранена, а сами они будут питаться акридами и дождевыми червями ради своей сверхценной миссии: «Ибо лишь мы, мы, хранящие тайну, только мы будем несчастны. Будет тысячи миллионов счастливых младенцев и сто тысяч страдальцев, взявших на себя проклятие познания добра и зла. Тихо умрут они, тихо угаснут во имя твое и за гробом обрящут лишь смерть».

Вот в какие миросозерцательные глубины проникает идеологическая работа в центральном аппарате партии «Единая Россия».

Максим Соколов, колумнист журнала «Эксперт»

Эксперт
Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе