"За похожие мысли русских в Латвии судят, а латышей - нет"

Александра Гильмана привлекают к уголовной ответственности за то, что он недостаточно ужасно описал депортацию своих еврейских родственников в Сибирь. И в это же время у Милды совершенно законно проходит марш в честь вступления в Ригу гитлеровцев, которые с удовольствием уничтожили почти всех оставшихся здесь латвийских евреев. Однако на этот раз власти безмолвствуют...

Похожих примеров можно привести немало: Слуцис и Гарда из года в год публично призывают очистить страну от русских, не стесняясь в выражениях, однако преподавателя Морской академии Георга Куклиса-Рошманиса грозятся выгнать с работы за весьма интеллигентную поддержку русского языка. Тем, кто подписывается за проведение референдума за русский язык, в Интернете открыто угрожают, мы пересылаем информацию омбудсмену - реакции никакой.

Профессор Университета им. Страдыня Сергей Крук предлагает ради всеобщего блага перестать носиться с архаичными этнографическими ценностями и начать строить будущее - Полиция безопасности тут же развивает скорость в его "деле", а известный режиссер Херманис подсказывает "органам": подписанты за русский язык - вот где готовый список предателей Латвии. Так где же рамки свободы нашего слова? Что можно и чего нельзя говорить русскому человеку, чтоб не спровоцировать уголовную ответственность?

- Вы не с той стороны смотрите на проблему, - предупреждает Сергей Крук. - Вы хотите понять содержание требований, а его вообще нет. Все объяснение в неработающей экономике. Все строится на том, что организации (та же ПБ) сами создают себе занятия, чтобы оправдать свое существование. Не случайно идеологическая борьба обострилась с кризисом.

- Но русских еще 20 лет назад назначили виновными во всех бедах латышей.

- Тем не менее к активным действиям спецслужбы перешли недавно: чем меньше хлеба - тем больше зрелищ. Отрабатывают проверенную советскую систему. Когда Хрущев резко сократил аппарат КГБ, ликвидировал его идеологический сектор, латвийские гэбисты придумали новую заботу - борьбу с растущим национализмом. Сейчас происходит то же самое, только под другим знаком. Тогда раскрыли "заговор восьмерых" и посадили Кнута Скуйниекса, хотя эта восьмерка просто собиралась и обсуждала тактику поведения на предстоящем съезде писателей. Хотели отодвинуть старых соцреалистов и продвигать молодых.

- Но ведь Полиция безопасности не сама по себе взялась за Гильмана - по доносу сеймовской комиссии по патриотическому воспитанию.

- В то же время конкретных предписаний у этих "патриотов" нет - что можно говорить и чего нельзя, значит, перспектива дела на усмотрение ПБ. Не случайно комиссия начала свою работу с заботы о патриотических фильмах, и не удивлюсь, если закончит ее пресловутым советским темником - списком сюжетов, рекомендованных для художественного отображения. Тут сеймовцы тоже ничего нового не придумали, только усовершенствовали советский опыт в пользу этнической дискриминации. Потому и законы применяются избирательно, на глазок. Свой человек пусть говорит, а чужой ответит по всей строгости. Мои коллеги иной раз гораздо резче высказываются о латышских традициях, чем я в том "подозрительном" интервью, но это не вызывает интереса вышестоящих инстанций.

- Тактика у них хитрая - в тюрьмы не сажают, просто изводят людям нервы, время, деньги. Чтоб других запугать - латышей мыслить критически в большинстве уже отучили, а русских все не получается.

- Новая программа интеграции прямо говорит: у всех должна быть одна память, одна интерпретация истории. Хотя данные соцопросов показывают, что даже среди латышей нет единства: 11% празднуют День Победы. Откуда такое стремление к единообразию? Установку на конформизм можно искать, например, в лютеранской культуре.

- Считается, что православные больше привержены коллективизму, озабочены поисками отца с его сильной рукой.

- Православие требует индивидуальных геройских поступков. Человек должен совершать какие-то поступки, чтобы быть достойным любви Бога. Согласно Лютеру, все предопределено изначально - Бог любит вне зависимости от поступков. Надо только сильно верить.

- Я давно догадывалась, что бывшие эсэсовцы не случайно начинают свои торжества именно в лютеранском соборе - там, видно, грехи не так сильно давят.

- Лютер говорит, что добрые дела не делают человека добрым, злые дела не делают человека злым. Вера находится внутри человека, и сторонний наблюдатель не может увидеть, есть она или ее нет. Поскольку эмпирически наблюдаемые поступки доказательством веры не являются, то возникает двойственная позиция: верить можно в одно, а поступать по-другому.

Например, петь на Празднике песни гимны во славу КПСС, а потом говорить, что в глубине партию осуждали, никто же этого не может проверить. Поэтому к русским выдвигают требования лояльности, заранее не осуществимые. Как ее доказать, если дела не засчитываются? Создаешь бизнес, рабочие места, платишь в казну налоги, способствуешь развитию страны, но это не имеет значения. Патриот тот, кто громче скандирует лозунги. Границы лояльности постоянно переносятся. Раньше критерием было знание языка, теперь требуется мыслить согласно предписанию высоких инстанций.

- Старый Боярс когда-то сформулировал, что лояльность русских Латвии будет определяться их способностью стрелять по русским России в случае чего. Хотя мне кажется, и это б ему ничего не доказало.

- А Боярс будет стрелять по своим старым товарищам? Говорят же, что бывших чекистов не бывает. Ладно, это спекуляции. Но латвийские русские уже были на баррикадах под общим лозунгом "За нашу и вашу свободу". Даже Программа интеграции 2001 года признавала, что этот факт сильно подзабыт. Газета "СМ" была в авангарде демократизации и рыночных отношений, но когда "мавр сделал свое дело", местных русских попросили не беспокоиться о демократии и рынке. Так и называлась та печальная статья в "СМ" в октябре 1991 года. А сейчас мы находимся в безвыходной ситуации - как бы мы ни поступили, всегда будем неправы. То неграждане нелояльны, потому что не натурализуются. Берут гражданство - опять нелояльны, потому что используют инструменты демократии для обсуждения "неправильных" вопросов.

В психиатрии есть такое понятие: двойное ограничение. Например, ребенка заставляют мыть посуду, "потому что ты уже большой", и не пускают в кино, "потому что ты еще маленький".

- В итоге русские получились более независимыми, чем латыши, потому что были вынуждены сами пробиваться в жизни.

- Данные социологических исследований, основанных на строгой методологии, показывают, что местные русские не совсем такие, как о них думают кабинетные патриоты, например, авторы элертовской программы интеграции. Русские СМИ обвиняют в том, что они создают параллельное информационное пространство, хотя недавнее исследование SKDS наводит на мысль, что это как раз делает латышская пресса. Журналисты и политики всегда утверждали, что латышская этничность - это либерализм и рынок, в то время как этот опрос показал другую реальность: консерваторы и социалисты.

Забавно, что среди избирателей, поддерживающих "Центр согласия", даже больше сторонников рыночных и либеральных ценностей.

Русскую прессу обвиняют в чрезмерном негативе, и, думаю, тому есть причина. Основой латышской прессы был и остается новостной жанр. Исследования текстов показывают, что чаще всего это попросту переписанные пресс-релизы государственных и коммерческих институтов. Русские журналисты приоритет отдавали очерку, репортажу. А эти тексты пишутся на основе встреч и бесед с людьми дела, которые, естественно, власть по головке не гладят и рассказывают про свои проблемы - деловой климат, бюрократия, функционирование государственных органов. На латвийском ТВ и в "Диене" такие материалы стали появляться примерно с конца 2005 года, когда "вдруг" обнаружилась массовая эмиграция латвийцев в поисках заработков. Тогда только в СМИ была узаконена точка зрения "маленького человека".

- Но разделенности в обществе это не исправило, и латыши упорно не хотят замечать несправедливости, сотворенной с русскими. Любые попытки добиться равноправия воспринимаются как нападки на латышскость. Взять тот же референдум за русский язык.

- Мы здесь унаследовали немецкую модель "культурной нации", согласно которой структуру общества определяют культура и язык. Думаю, что тут и возникает некое расхождение с практическим опытом. На практике мы видим, что язык и культура не коррелируют, например, с предрасположенностью к коррупции. Вспомним хотя бы "Юрмалгейт", в котором одну из главных ролей исполнял лидер "тевземцев" с партийной кличкой Батька. Причем исполнял он эту роль на русском языке. То есть такое правонарушение в принципе не является показателем отсутствия любви к Отечеству - злые дела не делают человека злым. Тогда что же является? Вот тут и приходит на помощь языковой референдум: проголосовал "против" - и получи в паспорте штамп о соответствии принципу культурной нации. Как демонстрация 7 ноября - прошел перед трибунами с кумачовым лозунгом, выразил "одобрямс" политике партии, а завтра на работе снова можно филонить.

Социологи тоже показывают, что в публичной и частной речи воспроизводятся почти противоположные представления о межэтнических отношениях.

- То есть в перспективе двойная мораль задушит русскую независимость?

- Не думаю. Латышская этническая группа - как и любая другая - ведь не является гомогенной, где все одинаково говорят и думают. То, что говорят социологи и политологи, кардинально отличается от взглядов местных лингвистов и философов. Социологи и политологи работают в рамках эмпирической социологии и либеральной политической философии, а та компания, что писала новую Программу интеграции, стоит на позициях контр-Просвещения.

- Ну да, Куклис-Рошманис говорил, что у них в Морской академии порядочных людей гораздо больше, чем плохих, но что-то никто из них его не поддержал.

- В одном учреждении с советских времен ходит байка о начальнике отдела, который на аналогичный вопрос ответил: "Каждый будет трястись за свое место". Когда-то я это воспринимал как безусловный показатель маразма советской власти. Потом по этому же поводу я стал задавать себе сакраментальный вопрос "над кем смеетесь?"

- По идее, и вы, и Гильман, и Куклис-Рошманис могли бы отсудить громадные деньги за моральный ущерб. Все-таки в Евросоюзе живем, и спецслужбам наука.

- Могли бы - законным путем, как говорится, идти можно, дойти сложно. Почему с нами так обращаются, потому что идеологические установки в Латвии сильнее законов. Да и законы латыши пишут длинные, непонятные, противоречивые. Чтоб простому смертному использовать их в жизни было практически невозможно. У эстонцев, напротив, законы короткие и четкие. Их пишут для того, чтоб люди ими пользовались, и потом еще наблюдают, насколько они удобны "в эксплуатации". Зато происходящее позволило мне сделать несколько чудных открытий на предмет устройства нашего общества.

- Чего, по-вашему, ждать русским в таких условиях?

- Ждать ничего не нужно. Нужно требовать одинаковых и понятных правил игры. И чтобы во время игры эти правила не менялись.

Автор: Русский обозреватель

Русский обозреватель

Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе