ПЛОЩАДЬ ЮЖНОЙ ОСЕТИИ

Если Россия реально хочет присоединить Южную Осетию или, красиво говоря, интегрировать, то она интегрирует вместе с ней еще и некоторый остаток гражданских чувств.

   Как выяснилось, Кавказ опасен России не только сепаратизмом. В некотором смысле вросший, инкорпорированный и лояльный Кавказ может оказаться даже опасней, потому что его болезни рискуют перекинуться на нас, и Онищенко тут будет бессилен. Первая такая болезнь - азиатская деспотия в исполнении Рамзана Кадырова: Кадыров вряд ли ограничится Чечней, он уже много раз предлагал разрулить российские проблемы, начиная с Кондопоги. Его вмешательство во внечеченские дела - путь чрезвычайно опасный, чтобы не сказать гибельный, но есть и основания для оптимизма. Некоторая часть Кавказа больна другой болезнью, а именно серьезным отношением к словам и правам. По нашим временам это явно болезнь, поскольку осложняет жизнь и может закончиться настоящим кровопролитием. Но ничего не поделаешь, Кавказ есть Кавказ, и знает он два состояния - либо тотальное порабощение, либо непрестанное бурление. Это бурление мы наблюдаем сегодня в Грузии - самой европейской и модернистской части Кавказа, - теперь оно внезапно возникло в Южной Осетии, причем итог этого цхинвальского противостояния почти непредсказуем. Я, во всяком случае, в конце недели ничего предречь не возьмусь: вам в понедельник, может, все уже понятно. Может, уже и танки опять ввели, объявив режим чрезвычайного положения. Но что-то мне слабо верится в крайние варианты: "Единая Россия" сейчас далеко не так устойчива, как кажется иным ее сторонникам и противникам.

   Что самое интересное, обернуть против Южной Осетии любимый аргумент противников Михаила Саакашвили (да что он из-за 4 тыс. кв. км заварил такую кашу!) сегодня не получится. Да, карликовое государство с неопределенным статусом, признанное только Россией, атоллом Науру и таким же карликом Тувалу. Да, Кокойты - ставленник России, и у всего населения российские паспорта. Да, в республике творится масса темных дел, включая ее не особенно успешное восстановление, на которое угроблено в одном прошлом году 6 млрд рублей. И тем не менее - именно Южная Осетия с ее ничтожной площадью сегодня выглядит ключевой точкой на евразийской карте. Если жители Южной Осетии не захотели жить в составе Грузии, даром что грузинских сел там половина, - они уж точно не захотят жить под властью человека, которого им навязали.

   У меня нет особенных иллюзий по поводу Аллы Джиоевой. Я не знаю, виновата ли она в нецелевом расходовании средств на учебники, инкриминированном ей в 2010 году. Я даже не думаю, при всех своих профессионально-учительских симпатиях к выпускнице Одесского пединститута, что она для Осетии намного благотворней Анатолия Бибилова - хотя именно учительский навык позволяет Джиоевой вести себя сегодня сдержанно и ответственно, говорить внятно и коротко. Она способна, допускаю это, навести порядок в разбушевавшемся классе - но не уверен, что ей удастся удержать от бунта собравшуюся на площади толпу. Уверен я в одном: хороша или плоха Джиоева - решать жителям Южной Осетии, которых никто покамест не лишал избирательного права. Они - не мы, и это не в упрек нам. Жители России потому и сделали свое государство таким бескрайним, что постоянно бежали от новых и новых центров власти, пока не упирались в моря либо непроходимые горы: просто русский сценарий предусматривает не конфронтацию, а уход. Мы и сейчас не вступаем с властью в схватку - наш народ вообще, так сказать, не политический, он повторил бы за Пушкиным "Иные, лучшие мне дороги права" и легко отказывается от прав вроде избирательного. Истинная жизнь России происходит в глубине, в трещинах и складках, под снеговым одеялом, в тайне. Но в Южной Осетии глубины нет. Там один, по сути, город и 4 тыс. кв. км - примерно двенадцатая часть Московской области. Вся жизнь происходит снаружи, а потому если у людей вдруг с небывалой еще наглостью отнимают выборы - сначала пытаются подтасовать результаты, а потом просто отменяют их и запрещают победителю баллотироваться снова, - люди этой наглости не понимают. Страна крошечная, деваться некуда. И это единственный случай, когда крошечность размеров оборачивается плюсом: мы, например, такие большие и у нас так много всего - истории, земли, литературы, поражений, побед, - что, отними у нас какое-нибудь избирательное право, никто и не почешется. А у них, в Южной Осетии, одни горы да Рокский тоннель. Я не знаю, чем все это кончится. Наиболее вероятен - по крайней мере наиболее разумен - вариант, при котором республиканский суд отменит свое решение о признании выборов недействительными либо назначит переголосование. Не исключено, что купят или запугают Джиоеву, чего очень не хотелось бы. Не исключены провокация (в том числе с грузинской стороны), бунт и силовое его подавление. Но если в этом конкретном случае народ добьется своего - в будущей Москве обязательно должна появиться площадь Южной Осетии. Можно и небольшую. Большая площадь, как видим, - не всегда хорошо.


Дмитрий Быков, Писатель, Публицист


Профиль


Поделиться
Комментировать

Популярное в разделе